Chloe and Clark
Главная | Мой профиль | Выход
Вторник, 21.11.2017, 05:30
Вы вошли как Странник |
Группа "Гости" | RSS
[Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 5 из 6«123456»
Модератор форума: Хлоичка 
Форум » Клоя » Фанфикшн » Как мы к этому пришли (перевод, отредактирован и закончен!) (Кларк/Хлоя, NC-17)
Как мы к этому пришли (перевод, отредактирован и закончен!)
puppy-eyeДата: Четверг, 06.07.2017, 10:03 | Сообщение # 61
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
Отеллствующий Оливер? Помогите не развидеть это! happy
 
AnaskoДата: Четверг, 06.07.2017, 10:42 | Сообщение # 62
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 576
Репутация: 6
Статус: Offline
ГЛАВА 14

Она уставилась на него.
- Ты хочешь сказать, что ты думал о Зоде. О будущем, которое ты видел, и…

- Я думал о тебе, – мягко перебил ее он. – О том, как ты сказала, что я – тот, в кого мы все должны верить, и ничто не должно этому мешать, и… Я задавался вопросом, как ты все еще можешь говорить мне такое. Я знаю, как в то время вел себя с тобой. Я знал об этом и тогда. И я не был готов этого менять. Я не был готов впускать тебя в свою жизнь. И я решил… Мне показалось, что, по крайней мере, я могу дать тебе основание верить в меня. Я могу спасти тебя, точно удостовериться, что ты будешь в безопасности, – он заглянул ей в глаза. – Жаль, что я не обратился к тебе. Жаль, не обсудил это с тобой. Ты помогла бы мне найти лучшее решение. Ведь то, что сделал я… Я мог бы убить всех тех журналистов, прохожих. Но я просто продолжал смотреть на здание и думал о твоих словах – о том, что будущее меняется, что Алия теперь не убьет тебя. Но этого мне не было достаточно, – его голос сделался совсем тихим, когда он повторил то, что сказал в тот раз. – Для полной уверенности существует лишь один способ. – Он снова увидел башни, рушащиеся в огне, услышал крики. – Оглядываясь назад, я понимаю, с тобой я нашел бы другой путь. Вместе мы всегда способны были разрулить ситуацию. Но я взял и натворил такого, – он сокрушенно пожал плечами. – И у меня не было даже злобного суперкомпьютера в голове в качестве оправдания.

- Так вот… это не является оправданием и для меня, – она отошла, ее била дрожь.

- Хлоя, разве ты не слышала, что я только что…

- Слышала. Это… Это абсолютно несопоставимые вещи, потому что… Ты никого не убивал, так что не говори об этом так, словно ты убил.

Он последовал за ней и схватил за руку.
- И ты тоже не убивала.

- Нет. В смысле… Да. Я убила. Мне пришлось.

- Нет. Никогда не поверю этому, – твердо сказал он.

- Это была я, – она снова развернулась к нему. – С чего бы Брейниаку понадобилось защищать твой секрет?

- А с чего бы ему понадобилось делать хотя бы половину из того, что он совершил? Он захотел, чтобы Дэвис влюбился в тебя. Но зачем, если все те чувства, которые он испытывал к тебе, успокаивали его? Зачем понадобилось стирать тебе память? Почему он предпочел вселиться в тебя, когда мог бы захватить кого-то более могущественного? – он впился в нее взглядом. – Не только у тебя была куча времени, чтобы все обдумать. Почему бы тебе не допустить хотя бы вероятность того, что представление моего секрета широкой общественности не входило в планы Брейниака? Поскольку я не думаю, что он хотел бы, чтобы люди были слишком уж осведомлены о том, что происходит у них под носом. И вот что, Хлоя… Мы никогда не узнаем, для чего ему что понадобилось, потому что в конечном счете он не выиграл.

- Нет, – прерывающимся голосом произнесла она. – Не превращай в банальность то, что я совершила, переводя стрелки на Брейниака. В течение полутора лет я пыталась искупить вину за то, что забрала ту жизнь. Я принесла в жертву свою собственную, и не… – она тяжело дышала. – Не делай это время потраченным впустую.

- Тебе не о чем сожалеть, – сказал он, беря ее за плечи и привлекая к себе.

- Нет. Есть. – Она напряглась, но прильнула к нему. – Я совершала ужасные вещи ради тебя.

- Я тоже, – ответил он, прижимаясь губами к ее лбу.

- Это все было ради тебя, – выдохнула она ему в шею. – Я не могла потерять тебя.

- Я был нужен тебе, – сказал он, его губы скользнули к ее виску, вниз по ее щеке. – А ты – мне.

- Ты всегда был мне нужен. – Она подняла к нему лицо, коснувшись его губ своими губами. – Это так неправильно. Почему я не могу остановиться?

- Не неправильно, – прошептал он. – Просто когда мы порознь… все неправильно, – закончил он приглушенно, в ее губы. Придерживая рукой ее затылок, он притянул ее ближе. Ее рот открылся под его губами, и он сделал шаг назад, увлекая ее за собой.

Но только вот она не позволила себя увлечь. Упершись ему в грудь, она вырвалась, задыхаясь. Затем зашагала прочь.
- О боже! Мне нужно выбираться отсюда!

18 июня, 2010

Ему нужно было выбраться из этого города. И отсиживаться на ферме теперь уже не казалось достаточным.

Он по-прежнему видел ее повсюду. Обычно он скрывался ото всех в амбаре. Но он видел ее на чердаке, говорящую ему, что он нужен ей, почти что с восхищением прикасающуюся к его боку, удивленно глядящую на него со странным, отстраненным выражением радости на лице, когда он передал ей засушенный цветок. Он видел ее слишком к черту часто для того, чтобы поверить в то, что ее не существует в действительности. Где-то в глубине души он чувствовал это, чувствовал, что она не мертва.

Лоис, заговорившая с ним только из негласного признания факта, что они оба потеряли ее, сказала ему, что он сошел с ума. Сказала, чтобы он не мешал ей скорбеть. Но он не мог. Потому что тут не о чем было скорбеть. Хлоя Салливан не умерла. Он пытался донести это до Лоис. Пытался убедить Оливера. Но добился лишь того, что все они сторонились его на похоронах. И его мать тоже держалась вместе с Лоис и Оливером после того, как он недвусмысленно заявил ей, что Хлоя Салливан не умерла, и он не нуждается в ее утешении.

Он слышал, как они шепчутся, даже когда они избегали темы его так называемой мании.

- Она отправила мне сообщение, – несчастно произнесла Лоис. – Она сказала, что никоим образом не хотела причинить мне боль. Сказала, что любит меня. Всего лишь за несколько минут до наводнения.

- О, милая, – проговорила Марта, гладя ее по спине.

- Если бы я могла хотя бы послать что-нибудь в ответ, – всхлипнула Лоис. – Если бы только последним, что я ей сказала, не было бы… молчание.

Кларк фыркнул, заработав свирепый взгляд Оливера.
- Зачем ей было посылать нечто вроде этого? Ну же?

- Потому что она хотела, чтобы мы знали. Она написала мне сообщение. А я не прочитала его. Я все еще слишком злилась. Если бы только…

- Я вас умоляю, – простонал Кларк. – Не кажется ли вам, что эти сообщения немного из разряда «я иду навстречу смерти»?

- Остановись, Кларк.

- Она отправила их всего за несколько минут до наводнения. Она знала, что делает.

- Ты болен, – язвительно бросил Оливер.

- Разве ты не понимаешь? Она сделала это. – Кларк схватил его за рукав. – Я пока не представляю, как именно, но я выясню. Нам надо найти ее и…

Оливер отпрянул.
- Нет. Тебе нужно прекратить это, Кларк.

Нет. Ему нужно было выбраться из этого проклятого штата. Нет. Даже этого уже не было достаточно. Возможно, именно потому он, включив суперскорость, устремился прямиком в «S.T.A.R labs» и отыскал Эмиля на его новом месте обитания, который, впрочем, совсем не был склонен впускать его внутрь.

- Готово? – лаконично поинтересовался Кларк.

- Да, – встрепенувшись, Эмиль направился к железной двери. – Клубы холодного воздуха ворвались в лабораторию, когда он появился снова, держа в руках металлическую бутылку. – Я приготовил точь-в-точь как в тот раз. Но ты уверен, что...

- Спасибо, – взяв ее, Кларк отвинтил колпачок и сделал большой глоток. На вкус это по-прежнему было все той же обжигающей гадостью, но оно того стоило. Он чувствовал, как напряжение исчезает по мере попадания жидкости внутрь. – Это хорошо, – выдохнул он. – Именно то, что мне нужно.

- Кларк, я понимаю, как ты расстроен. И, в качестве исключения, я сделал для тебя это, но выпивка – не лучший способ, чтобы…

- Хорошо получилось, док. Отлично работает, – сказал он, прежде чем умчаться на суперскорости прочь. Он не хотел слышать об этом теперь еще и от Эмиля. Он уже прослушал все виды вариаций на тему «ты сошел с ума, отпусти ее» от кого только можно, начиная Лоис и Оливером и заканчивая его собственной матерью. Черт, он даже слышал это от Пита и Ланы. Они не были на похоронах, но они звонили… вместе. У него до сих пор в голове не укладывалось. Лана держала от него дистанцию по крайней мере в три штата и, путешествуя, каким-то образом наткнулась на Пита. Эти двое были настолько неразделимы, что их звонок носил характер некого тандемного мероприятия, нацеленного на то, чтобы не допустить его очевидного погружения в безумие.

Но он не был безумен. В данный момент он был единственным здравомыслящим из всех, кого он знал.

- Целиком и полностью в здравом уме, черт возьми! – пробормотал он, взбираясь на вершину ветряка, медленно, чтобы не выронить бутылку. Эта бутылка была важна. Она вела к Хлое. Не напрямую, разумеется. У него был план.

Он уже обежал всю Северную и Южную Америку. Он слушал, смотрел, даже принюхивался в каждом из уголков этих двух континентов, пытаясь отыскать ее. И теперь он знал. Он должен был расширить зону поиска. Он попробовал перебежать через Атлантический океан. И это оказалось провалом. Точнее, погружением. Ему требовалось больше мощи, больше высоты. И у него было все в прошлый раз. В те короткие моменты, пересекая с Хлоей пустыню, он сделал это. Он полетел. Он был уверен, что полетел. Ему просто снова нужно было в достаточной мере расслабиться. И что же как нельзя лучше подходило для этого, нежели бутылка фирменного от доктора Гамильтона?

Он вылез на деревянную платформу, чуть споткнулся и поднес бутылку к губам.
- Я докажу, – произнес он, вспоминая о ее сомнениях той ночью, о том, как она продолжала настаивать, что он не полетел. – Найду тебя и… ткну в это носом, – закончил он, слегка заваливаясь. – Верну тебя назад! – торжествующе закричал он, гордо стоя в полный рост и подняв бутылку высоко над головой, прежде чем снова поднести ее к губам. Он раздосадовано застонал, обнаружив, что она пуста. Перевернув ее вертикально вверх дном, он попытался поймать ртом последнюю каплю, но безуспешно. Там больше ничего не осталось.

Но это не имело значения. Отшвырнув металлическую бутылку, он услышал, как она с глухим звуком, разнесшимся эхом по кукурузным полям, ударилась внизу о стоптанную землю. Он уже получил то, что ему было нужно:
- Дозу хра-а-абрости, – со смехом протянул он. Выпить для смелости? Это, вроде, так называется?

Смелость. Именно то, что было у него той ночью. Он мог озвучивать то, что хотел, прикасаться к ней так, как хотел. Он был свободен. И сегодняшняя ночь станет такой же. Он будет свободен, и он отыщет ее.

Он шагнул к краю деревянного настила и окинул взглядом землю. Она простиралась далеко в темноту, туда, где он уже не мог видеть, если только не делать попыток немного поднапрячься. Но ему и не нужно было ничего видеть. Ему нравилось, что все погружено во тьму, будто бы там находилось нечто непостижимое и потустороннее. И он полетит туда сегодня. Потому что он знал, что уже делал это. Хлоя может и насмехаться, но он сделал это, черт возьми! Он покажет ей. Он покажет им всем.

Он смахнул с лица этот дурацкий плащ, который постоянно мешался, то задуваясь ветром на голову, то путаясь под ногами, пока он взбирался вверх. Он понятия не имел, зачем надел этот идиотский костюм. Минут десять назад ему казалось, что это ужасно забавно.

Он чуть не подавился от смеха, глянув на свое отражение в зеркале. У его матери были какие-то совсем уж безумные идеи относительно костюмов. Он пытался решить, на кого же больше похож: на балерину или воздушного гимнаста, когда обнаружил, что напевает «он летит по воздуху с величайшей легкостью…»

И это было тем самым. В тот момент он точно знал, что делать.

- Хотите, чтобы я отпустил ее, чтобы я освободился? – рявкнул он. – Так смотрите!

И он прыгнул. Прыгнул дальше и выше, чем когда-либо, и он даже не задумывался о возможности падения. Это было невозможно. Не этой ночью.

Вот только это было вполне возможно… через какие-то там три секунды. Сейчас он почувствует, как его нос скребется по грязи, а его тело вспахивает почву, но он ничего не почувствовал. Совсем ничего под ним. И ничего вокруг. Один лишь воздух.

Он прищурился, глядя на землю, почти рыча от удовлетворения:
- Наконец-то победил тебя!

22 декабря, 2011

- Я наконец-то оставила тебя в прошлом! – она перевернула диванные подушки. – Слышишь? Ты не имеешь права так поступать.

Он направился к ней.

- Нет, – она запустила в него подушкой. – Не подходи ближе. Просто… – ее губы задрожали, и она осела на пол. – Просто помоги мне найти мою сумочку. Мне нужно домой. Мне нужно домой немедленно.

- Хлоя, сейчас четыре утра.

- Да мне без разницы. Я не позволю тебе сделать это. Просто дай мне мою сумочку и… Не подходи ко мне! – она двинулась назад, слишком близко к луже из виски и осколкам стекла.

Он поднял руки, оставшись стоять на месте. Он совсем не желал, чтобы она нанесла еще больше повреждений дому или себе.
- Ладно. Знаешь что? Давай прервемся на сегодня. Ты можешь занять мамину комнату и отправиться спать, и…

- Нет. Я не хочу отправляться спать. Я хочу отправиться домой, и я хочу отправиться домой немедленно, – прорычала она.

- Уже слишком поздно вызывать такси, – осторожно проговорил он. – Ты не улетишь, даже добравшись до аэропорта. И куда же ты собралась?

- Мне плевать, куда. На вершину Гималаев. Я могу быть где угодно в три секунды, если мне удастся заполучить свою проклятую сумочку.

- Я отдам тебе сумочку утром. Я не позволю тебе уехать, пока ты все еще пьяная и… – он прищурился. – Подожди-ка.

Ее глаза широко распахнулись.
- Что ты сказал?

- Нет. Ты сказала… Ты только что сказала, что можешь быть где угодно…

- Что значит «ты отдашь мне мою сумочку»?

- Ты первая, – категорично заявил он. Потому что в этом что-то было. – Ты сказала…

- Ты знаешь, где моя сумочка? И ты держал меня здесь в заложниках все это…

- Да. Я знаю, где твоя сумочка, и намеревался отдать тебе ее, если ты завтра уедешь. А теперь объясни ты…

- Если? Нет! Когда! – заорала она. – Когда я уеду! И я уезжаю сейчас, так что давай ее сюда.

- К чему такая спешка? Твой драгоценный жених приезжает утром.

- Значит, к тому времени я и вернусь.

- Боже мой, – выдохнул он, когда все сложилось воедино. – Мне стоило бы догадаться…

- Кларк, я не шучу. Ты скажешь мне, где спрятал ее, или же…

- Это был Рокк, верно?

Она закрыла рот и выпрямилась.
- Не знаю, о ком ты говоришь.

- Я говорю об этом твоем загадочном «он», – ухмыльнулся Кларк. – О том, кто помог тебе начать твою новую жизнь. Том самом, который додумался поместить тебя на место внезапного наводнения за несколько секунд до того, как оно нагрянуло. И, готов поспорить, это – далеко не все то, что он сделал, – он направился на кухню. – Я задавался вопросом, почему полиция не слишком уж беспокоится? Почему я не смог никого привлечь к расследованию? Наверное, он вмешался каким-то образом.

Она последовала за ним.
- Ты несешь какую-то чушь. Я просто хочу получить свой кошелек и паспорт и…

- И свое кольцо? То, которое может доставить тебя куда угодно? Я должен был бы знать, – прорычал он, швырнув пузырек с перекисью в раковину. – У него всегда был этот… пунктик на твой счет. Он сказал, что я изменил будущее, когда спас тебя. Удивительно, почему он попросту не избавился от тебя собственноруч…

- Не говори так о нем, – перебила она. – Он помог мне. Он вытащил меня из жизни, которая ничего не значила в…

- Так все-таки это был он, – Кларк шагнул к ней и схватил за плечи. – Что он сделал? Каким образом он заставил тебя?

- Я уже говорила тебе. Никто не заставлял меня. Он только помог мне осуществить…

- Что он сказал тебе, Хлоя?

- О будущем, – она отстранилась и печально пожала плечами. – Всего лишь о будущем. Понимаешь… у меня его не было.


 
puppy-eyeДата: Четверг, 06.07.2017, 11:01 | Сообщение # 63
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
Кларк, летающий спьяну. Я видела все happy
 
AnaskoДата: Четверг, 06.07.2017, 11:07 | Сообщение # 64
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 576
Репутация: 6
Статус: Offline
20 декабря, 2011

Теперь она была у него в руках. Он находился высоко над Лондоном и, пока не увидел крышу здания, старался держаться над облаками. Здесь люди могли и не знать Супермена, и, возможно, стали бы шарахаться при виде его костюма. Господи, да он и сам шарахался до сих пор.

Той ночью он совершил ошибку, надев его. Он был слишком пьян, чтобы подумать. Поэтому он просто продолжал летать и летать. Он боялся остановиться, прежде чем протрезвеет, боялся, что все это в конечном счете окажется какой-то пьяной случайностью. Но оно ею не оказалось. За исключением костюма. Однако дело было сделано – слишком многие видели его в нем, фотографировали, снимали на камеры. Его мать даже позвонила из Вашингтона, чтобы сообщить, как же хорошо он смотрится в костюме, и что она занимается изготовлением еще пяти.

- Уверена, Хлоя так бы гордилась тобой, – сказала она, словно это был некий способ почтить ее смерть.

Он придумал повод, чтобы закончить разговор, потому что его уже чертовски достали те, кто говорил о смерти Хлои и обращался с ним, как с сумасшедшим, когда он отмечал, что на самом-то деле она не умерла. Он знал это тогда и знал сейчас. Более чем знал. Он нашел ее. Он прочитал все статьи, написанные Э. Дж. Кокран. И даже при том, что на ее веб-сайте в газете предусмотрительно не было фотографии, он знал каждый речевой оборот, каждую маленькую сжатую историю о детстве в небольшом американском городке. Это была она, и теперь она была у него в руках.

Или будет. Как только он отыщет ее.

Он потянул на себя дверь на лестницу и услышал, как хрустнул замок. Перекосившись, она захлопнулась у него за спиной, когда он помчался вниз по ступенькам, с запозданием вспомнив о том, чтобы привести в порядок галстук. Он отвык от галстуков за последнее время. Когда он не носил свой проклятый суперкостюм, то слонялся туда-сюда в нижнем белье. Нет смысла одеваться, если у тебя нет работы. Но сегодня ему пришлось приодеться. Люди не бродят по «Таймс» в нижнем белье. И определенно, он не собирался врываться сюда в одежде Супермена. Он не хотел вызвать переполох. Не хотел, чтобы она догадалась о его присутствии прежде, чем действительно окажется у него в руках.

На этой ноте он заставил себя успокоиться и выбрал одну из дверей. Он понятия не имел, где Хлоя может быть, и вряд ли у него будет шанс выяснить это, если о нем подумают, как о каком-то ненормальном с горящим от возбуждения взглядом. Он глубоко вдохнул, входя в помещение, по всем признакам похожее на основной рабочий офис редакции. Вполне хорошо освещенное, с высокими потолками и царящей повсюду бурной деятельностью. И если этого все-таки не было достаточно, то табличка «главный редактор» на дальней двери должна была послужить ему подсказкой. Он постарался неторопливо пройтись, вместо того чтобы сразу же ринуться к первому встречному.

- Прошу прощения, я ищу Э. Дж. Кокран, – он пытался следовать легенде. Он хотел, чтобы все выглядело так, будто он здесь по работе. Тогда-то она его и увидит. И к тому времени, как она действительно увидит его, будет уже слишком поздно для бегства. – Я прибыл из Нью-Йорка, и я надеялся, что, возможно, она могла бы…

- А… Кокран. Да. Он пишет про всяких монстров в «Санди Таймс», верно?

Кларк улыбнулся.
- Именно. И я думал, не сможет ли она… Подождите. Он?

- Не знаю, где бы его найти. Нужно спросить у Камиллы. Он не работает в этом здании, а просто присылает свои статьи.

- Его? Он?

Э. Дж. Кокран – это он? Кларк покачал головой. А он был так уверен… и так глуп. Конечно же, Хлоя не была единственным человеком, выросшим в маленьком городке и проявляющим интерес ко всему странному и необъяснимому, и в особенности к Лох-несскому чудовищу. Вероятно, он сошел с ума. Наверное, он так отчаянно пытался…

- Погодите-ка. Камилла!

Пожилая женщина в брючном костюме, которая, похоже, куда-то спешила, направилась к ним, и Кларк неистово замотал головой.
- Знаете, это неважно. Я думаю, у меня неверная…

- Вы можете связаться с Кокран?

Вздохнув, она остановилась перед ними.
- По крайней мере, не в ближайшее время, – она взглянула на часы. – И это напоминает мне о том, что мне нужно бы посетить маникюрный салон до того, как…

- Ладно, тогда, может, просто номер телефона. Мне надо быть на Даунинг-Стрит, а этот парень ищет его. Говорит, что из Нью-Йорка.

- Ее! Сколько раз повторять тебе, Донал? – она швырнула свою сумочку на соседний стол. – Ее зовут Элизабет, и это она.

- И как же я должен был запомнить? Едва ли кто-нибудь видел ее.

- Да, она внештатный сотрудник, верно? – женщина покачала головой. – Мне ли не знать? Ведь это я наняла ее, – она подошла к Кларку, в то время как мужчина заспешил прочь. – Итак… что же вы хотите от моей Лиззи?

- Лиззи?

- Ну, я ее так называю. Она терпеть этого не может, но ей приходится мириться, учитывая, что я – ее работодатель, – она улыбнулась, – и приятельница.

- Она дружит с вами?

- Не меньше, чем с остальными. Да, она очень замкнутая. Я была просто поражена, когда она действительно начала встречаться с Алланом. И я ужасно рада видеть вас.

- Меня? Почему? – И кто, черт возьми, этот Аллан?

- Полагаю, должно быть, она – ваша подруга, поскольку вы американец. И, очевидно, прибыли по случаю счастливого события. Рада, что у нее есть тот, кто согласился прилететь. Она сказала, что никто не сможет пересечь Атлантику. Сторона невесты выглядит пустыннее Сибири.

- Вы имеете в виду, по случаю ее… свадьбы?

- Ради чего же еще? Наверное, вы устали после перелета. Или… – она тряхнула головой. – Если, конечно, вы здесь не из-за…

- Нет, – быстро проговорил он. Раз уж у Э. Дж. Кокран свадьба, то, определенно, ему необходимо присутствовать. – Понимаете ли, я потерял приглашение и не могу вспомнить, какая именно церковь. Я… мм… попытался застать ее дома, но…

- Ну, вряд ли вы отловите ее там сегодня. Вероятно, она сейчас в парикмахерской… – она сделала шаг назад и скрестила руки на груди. – Так кто вы такой?

- Я же сказал. Я – ее друг из…

- Нет, вы не говорили. Это я предположила. И у нее церемония в саду, и вы знали бы, если были бы приглашены. Да вы хотя бы знакомы?

Он замер. Да он и сам не был уверен. Он знал, что не был приглашен. И он знал также, что не исключалась возможность того, что он вообще не был знаком с Э. Дж. Кокран. Он прежде думал, что нашел ее, и, устремившись по ложному следу, вероятно, вышел на некую женщину, которая вовсе не была Хлоей Салливан ни сейчас, ни никогда раньше.

- Так я и думала, – сказала Камилла устало. – Вы не первый из помешанных на паранормальных явлениях, разыскивающий ее. Слушайте, она, может, и пишет о странном и необъяснимом, но это не значит, что она должна уделять внимание каждому психу, который…

- Есть способ все прояснить, – так же устало проговорил он. Прояснить для них обоих. Глядя на нее, он медленно вытащил бумажник. Ей нужно было удостовериться, что он и Э. Дж. Кокран знакомы друг с другом. И ему тоже. Он добрался до фотографии себя и Хлои в день вручения дипломов. Она была потрепанной. Он раз за разом показывал ее в процессе своих неустанных бесплодных поисков. Он протянул ей бумажник, ожидая неизбежное отсутствие проблесков узнавания.

Камилла уставилась на фото, нахмурившись.
- Это же ни в коей мере не она!

Кларк вздохнул. И, опять же, он был так…

Она схватила бумажник и рассмеялась.
- Да вы только взгляните на Лиззи! Она совсем как дитя. А кто это такой рядом с ней? Неужели вы?

Он поправил очки.
- Ээ… Ну…

- Вы здесь такой очаровательный. Как и она, – Камилла хихикнула и толкнула его в плечо. – Я же говорила. Я повторяла ей снова и снова, что блондинкой она выглядела бы просто блестяще. Но она не хочет делать и пряди. Мы с вами должны показать ей это. Кстати, как вас зовут?

- Кларк, – сказал он, теперь уже улыбаясь. Он все-таки действительно нашел ее. – Кларк Кент. – Он не видел смысла лгать. Очень скоро все узнают. Он вернул себе назад бумажник, думая о потертом листке, по-прежнему находящемся внутри него. – Понимаете, я на самом деле потерял свое приглашение, и мне необходимо выяснить, где именно…

- Ах да, в Вэйкхерст, – она схватила сумочку. – Но только в три. У нас есть несколько часов, и, видимо, вы все еще живете по нью-йоркскому времени. Смотрите, мне нужно в парикмахерскую. Может, нам встретиться после и сходить куда-нибудь выпить? – она взяла его под руку. – Я бы с удовольствием послушала, кем Лиззи была до того, как появилась на моем пути.

- Почему бы и нет? – он хитро улыбнулся и похлопал ее по руке. – Я хотел бы услышать, какой она стала здесь.

- Ну, знаете, она очень эксцентрична.

- Она и всегда была такой, – не задумываясь, ответил он.

- Настаивает на том, чтобы платить наличными. Не доверяет банкам.

- Неужели?

- Признаюсь, я сперва думала, что у нее не все дома, как у тех, помешанных на теориях всеобщего заговора. Но она – прекрасный писатель, и у нее так хорошо получается…

22 декабря, 2011

- У Рокка неплохо получается… обрисовать ситуацию, – чуть запнувшись, договорила она, печально усмехнувшись. – Обладая теми преимуществами, которые даются только пришельцам из далекого будущего, он, как никто другой, умеет преподнести проблему со всей остротой. Невозможно спорить с фактами, – ее взгляд скользнул к Кларку. – И ты был фактом. Лоис была фактом. Лекс Лутор был фактом. Джимми… или, вероятно, его брат… он был фактом. А я… Я была никем.

- Да это же просто нелепо, – произнес Кларк, несмотря на то, что уже слышал эти слова прежде и от Рокка, и от Гарта, и от Имры. Он не принял этого тогда, и категорически отказывался принимать сейчас. Хлоя Салливан не могла, появившись на свет, в результате оказаться для него никем.

- Кларк, он знал будущее, и я… меня в нем не было. Я не была даже частью далекого прошлого. И тогда я поняла… все то, что я делала… это ничего не значило. Все эти жертвы ради всеобщего блага… Никто не будет помнить об этом. Так почему я не могу быть просто счастливой? – она подошла к нему. – Да, наверное, я не должна вести себя так эгоистично. Возможно, мне следовало нормально отнестись ко всему и принять. Возможно, быть частью этого… этой твоей судьбы, даже если никто не узнает обо мне, должно было быть достаточным. Но я лишь человек, Кларк. И если мне суждено быть забытой, то я хочу немного счастья, пока живу. А Сторожевая Башня… она анонимна по своей сути. Этого мало. Я хочу, чтобы у меня было все то дурацкое и эгоистичное, обладать чем я всегда хотела.

- Ты говорила, что хочешь быть Сторожевой Башней. Что ты…

- Я так думала. Я думала, меня это вполне устраивает. Думала, я смогу довольствоваться осознанием того, что делаю нечто очень важное. И, может, не имело значения, что никто не узнает. Может, этого было бы достаточно… но не для меня, – она грустно улыбнулась. – Помнишь, что я когда-то сказала? Что я – писатель, и если бы собиралась покончить с собой, то оставила бы чертовски длинную предсмертную записку. У меня такое ощущение, будто это было несколько десятилетий тому назад, но это правда. В конечном счете я писатель. Я вижу, как разворачиваются события. Иногда я принимаю в этом участие, иногда нет. Но в итоге я хочу рассказать историю. Я хочу, чтобы мои слова были увековечены, даже если под ними будет стоять другое имя, нежели данное мне при рождении. Они все равно останутся моими словами. Рокк сказал мне, что это возможно. Что все возможно, если только… если я буду находиться вдали от тебя.

Кларк покачал головой, отступая.
- Нет. Меня не волнует, что он сказал.

- Кларк, не было ни одной записи о том, что я вообще существовала в твоей жизни.

- Значит, записи неверны. Не может быть иначе, – он направился к ней. – Поэтому ты и ушла? Из-за какого-то будущего, которое даже не…

- Нет. Вероятно, это послужило катализатором, но… Господи, Кларк! После сегодняшней ночи ты должен бы знать, что будущее внесло лишь незначительный вклад в то, почему я ушла. Я имею в виду, не пойми меня неправильно, Кларк. Когда он открыл мне факты… было больно. Но я нашла тут кое-что лучшее, чем боль. Во всем этом имелась такая… полнота возможностей. Пусть Рокк и располагал всей информацией, связанной с тобой, но он не всеведущ. Он не был в курсе того, кем я могла бы быть отдельно от тебя. Я могла бы иметь будущее, – она подошла к нему и схватила за плечи. – Разве ты не видишь этого? Я была подобна чистому листу. Я на самом деле могла бы… написать свою собственную историю жизни. Я хотела этого.

Он взял ее за руки.
- А что, если я тоже этого хочу? Что, если я хочу верить, что наша судьба не записана в какой-то книге в будущем. Что мы пишем ее сами каждый день, – произнося эти слова, он помнил, как ему когда-то говорила их Лана. В то время они выглядели не более чем красивыми словами, подобными тем, что мог бы сказать его отец. Конечно же, сейчас, после того, как ему представилась возможность бросить еще несколько мимолетных взглядов в будущее, они будто бы обрели гораздо большее значение. Они казались почти что бунтарскими. – Я тоже хочу писать свою собственную историю жизни. И я хочу писать ее вместе с тобой.

Она высвободилась.
- Ты не можешь, – она ринулась к лестнице. – Но в одном ты прав. Нам нужно поспать. Аллан приезжает завтра утром, и…

- Я люблю тебя.

Она застыла, ее рука замерла на сломанной стойке перил.
- Не надо.

- Хлоя, я люблю тебя. И я говорю это не для того, чтобы заставить тебя остаться. Я действительно…

- Я знаю, – прервала она, оставаясь стоять к нему спиной. – Если быть честной с собой, то я знала об этом с того момента, как ты появился на моей свадьбе, – она сделала глубокий вдох и повернулась. – Но я не могу любить тебя, вот, пожалуй, и все. – Она снова развернулась и начала подниматься по ступенькам.

Он не пытался остановить ее. Потому что какой в этом смысл? Этой ночью он полностью дал ей то, что имел. И в результате она не могла любить его.

20 декабря, 2011

Он не мог уснуть.

Он должен был бы сегодня чувствовать себя удовлетворенным. Должен был бы чувствовать себя реабилитированным. Он оказался прав, в конце концов. Она была жива. Шок на ее лице, когда он махнул тем потрепанным свидетельством о браке, должен был бы принести удовлетворение. Возможно, так бы оно и было, если бы он остался. Но, выпустив на свет сенсацию, он выпустил из рук листок бумаги и ушел. Потому что он был не в состоянии этого вынести.

План заключался в том, чтобы найти ее. И все. Он не планировал того, что будет делать после. Иногда он просто перекидывал ее через плечо и летел обратно в Канзас. Иногда припечатывал ее к ближайшей стене и брал ту брачную ночь, в которой ему было отказано. Иногда он лишь стоял, пока она плакала и умоляла простить ее и позволить снова вернуться в его жизнь. Но это были только фантазии. Ничто не подготовило его к реальности.

Реальностью же была промелькнувшая искра узнавания, а потом, после того как он произнес свои слова – целиком и полностью непроницаемый и ничего не выражающий взгляд.

- Мне очень жаль, – сказала она. Он чуть было не подумал, что она разговаривает с ним, пока она не повернулась к тому мужчине. Мужчине, за которого она посмела выходить замуж. – Аллан, я понятия не имею, что происходит. – Она повысила голос: - Пожалуйста, может кто-нибудь вывести этого человека?

- Я и так ухожу, Хлоя, – ухмыльнулся он, а затем обронил лист бумаги на середину травяной дорожки к алтарю. И просто пошел. Он шел и улыбался, даже при виде потрясенного лица Камиллы. Он слышал ропот, шагая мимо белых складных стульев, слышал шокированный шепот жениха.

- Кларк, – проговорил тот. – Ты называла мне это имя. Элизабет…

- Аллан, не слушай его. То, что он сказал, ничего не значит.

- Он сказал, что у него есть доказательство…

- Нет! Пожалуйста, не читай…

Проходя под аркой, покрытой цветами, он обернулся, и лишь едва обратив внимание на мужчину, поднимающего оброненный им листок, уставился прямо на нее. Рыжие волосы казались какими-то слишком уж яркими на фоне ее белого платья и бледного лица, в то время как она… сверлила его яростным взглядом.

И тот факт, что она имела наглость сердиться, вместо того чтобы каяться, только укрепил чувство удовлетворения, когда ропот толпы усилился.

Теперь ей придется разгребать тот бардак, который он оставил. Точно так же как и ему пришлось жить в том, что оставила за собой она.

Конечно же, это чувство удовлетворения продлилось недолго. И вот, совсем недавно упивающийся своей победой, он валялся без сна. Возможно, он был просто слишком взвинчен. Не каждый день удается получить вознаграждение за почти двухлетнюю одержимость. Вероятно, всего лишь следует полетать, немного успоко…

Что-то с грохотом ударилось над его головой, и он, подскочив, увидел ее в дверном проеме.

- Ах ты ублюдок! – заорала она, и стеклянный снежный шар с видом Метрополиса вдребезги разбился о прикроватную тумбочку.

Ему было любопытно, как она добралась сюда так быстро. Но он с удивлением обнаружил, что… не удивлен. На самом деле он ждал ее.

- Здравствуй, Хлоя.


 
puppy-eyeДата: Четверг, 06.07.2017, 11:31 | Сообщение # 65
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
Рокк, который боится прикоснуться к чему-то, чтобы не изменить будущее, помогает Хлое исчезнуть... happy
 
AnaskoДата: Четверг, 06.07.2017, 12:11 | Сообщение # 66
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 576
Репутация: 6
Статус: Offline
ГЛАВА 15

Ее приветствием был бейсбольный мяч, пронесшийся со свистом в направлении его головы. В отличие от других ее метательных снарядов, этот попал в цель, но не причинил никакого вреда, а просто отскочил от него и врезался прямо в зеркало комода. Оно со звоном разбилось. Она улыбнулась в полумраке коридора, и он задался вопросом, не являлось ли это ее целью с самого начала.

- Не называй меня так! – Она схватила с комода щетку для волос и запустила в него.

- Ты хочешь, чтобы я называл тебя Элизабет, как твой новый…

- Не называй меня никак! – взвизгнула она, хватая следующую вещь, на которую наткнулась ее рука. К несчастью для нее, это оказался кусок неровно отколотого стекла, и она выронила его, тряся пальцем. – О боже! – Она свирепо глянула на него, будто бы он был виноват в том, что она порезалась. – У тебя не было права, – зарычала она, – чтобы…

- Я имел полное право, – перебил он, теперь уже поднимаясь с кровати и стряхивая осколки стекла. – Ты дала мне такое право, когда вышла за меня замуж, – смиренно сказал он.

- Это было в другой жизни. Это даже не... – она озиралась по сторонам, ее руки дрожали. – У тебя здесь даже нечего разбить! – Она стремительно развернулась и двинулась дальше по коридору. Он услышал скрип открывающейся двери и понял, что она находится в практически нетронутой комнате его матери.

Он помчался за ней, но остановился в дверях, поскольку она, застыв перед туалетным столиком, держала в руках дрезденскую пастушку.

- Не ее вина, – тихо сказала она, осторожно кладя ее на место.

- Нет. Это – твоя вина. Ты – та самая, кто...

- И даже не разговаривай со мной, – прошипела она, крутанувшись в его сторону. – Тебя даже не существует. – Протиснувшись между ним и дверью, она понеслась вниз по ступенькам.

- Это именно ты решила прекратить существовать, – выкрикнул он ей вслед, прежде чем спуститься на суперскорости. Добравшись первым, он ожидал ее у основания лестницы. – Если я не существую, то зачем ты вообще пришла сюда и разрушаешь мой...

- Ты не заслуживаешь хороших вещей, – заорала она и, шагнув мимо него, сдернула зеркало со стены у главного входа и бросила на пол. – Ты лишаешь меня возможности их иметь! Ты… – Она привалилась к стене и провела ладонями по лицу, оставляя тонкий кровавый след на щеке, вероятно, от того пореза осколком зеркала из его спальни.

Он подошел к ней и, оттянув низ своей футболки, приложил краешек к ее щеке, но она шлепком сбросила его руку.

- Нет! – она тряхнула головой, отворачиваясь от него. – У меня были хорошие вещи. Хорошая жизнь, хороший мужчина, хорошая работа. И ты отнял все это!

Он отступил.
- Я всего лишь сказал правду, – произнес он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, и пытаясь умерить чувство вины, которое она, по-видимому, твердо намеревалась заставить его испытывать. – Я разоблачил ложь. Разве это не то самое, что ты имела обыкновение делать?

Она встретилась с ним взглядом и фыркнула:
- Только если это было приемлемо для тебя. – Она оттолкнулась от стены. – Когда речь заходила о твоих секретах, то правда имела чуточку меньшее значение, не так ли? – Она сильно ударила его в грудь, потрясла рукой, затем ударила снова… глупо.

Он шагнул назад, не давая ей возможности навредить себе.
- Не могла бы ты прекратить это?

- Не знаю, – прорычала она, с силой ударяя его опять. – Не мог бы ты прекратить разрушать мою жизнь?

- Ты думаешь, это было только из-за тебя? – сказал он, пятясь в гостиную. – Может, это было из-за того парня. Может быть, я не хотел, чтобы ты обманом вовлекла его в незаконный брак, как ты это проделала со мн...

- О, так, значит, теперь это незаконно? – она толкнула его дальше, в столовую, и он позволил ей. – Ее глаза были широко распахнуты, пугающе широко, когда она последовала за ним внутрь комнаты. – То есть, ты называешь наш брак «липовым», но все равно потрясаешь им как оружием, только чтобы отыметь меня из злости?

- Это не было из злости, – проговорил он сквозь зубы. – Не совсем. Я сделал это, чтобы... потому что... – и черт бы его побрал, если бы он сумел найти уважительную причину. Доказать, что она жива? Ладно, он получил доказательство. Он нашел ее. И он мог бы действовать скрытно – выяснить, где она живет, и в течение дня привести всех их знакомых к порогу ее дома, продемонстрировав им, что он был прав. Так почему же прерывание этого бракосочетания казалось ему тем, что нужно было сделать? Он затруднялся ответить. Просто он знал, что не собирается смотреть, как она выходит замуж... только не снова, и в особенности не тогда, когда она была его...

- Ладно, сейчас ты его аннулируешь. – Она хлопнула ладонью по обеденному столу, затем посмотрела на свою руку и, порывшись в сумочке, швырнула на стол сложенный листок. – Подпиши.

Он уставился на бумагу:
- Что это?

- Это – то, что ему нужно, – жестко сказала она. – А то, что нужно ему – нужно мне. А то, что нужно мне – так это моя проклятая свадьба.

Он сделал глубокий вдох, глядя на лист бумаги и ничего не признавая, даже для себя самого, кроме того факта, что он не хочет ставить подпись на документе.
- И все же, что с тобой такое? – произнес он, меняя тему. – Свадьбы являются неким твоим тайным пунктиком? Большинство останавливается после двух, но...

Она тотчас же набросилась на него, рванула его за волосы или... на самом деле, повисла на них. Она вцепилась и дергала, практически болтаясь на нем и едва касаясь носками пола.

- Хлоя, перестань!

- Я хочу причинить тебе боль, – взвизгнула она. – Я хочу вырвать твои...

- Ну, ты не можешь, – ровным голосом сказал он, поднимая ее и удерживая на расстоянии. – Так что прекрати пытаться. Так или иначе, это все – твоя вина.

- Моя вина? – она лягнула ногой воздух. – Я вышла за тебя замуж, чтобы спасти твою задницу, а ты теперь используешь это, чтобы...

- Да. Ты вышла за меня. – Он вынес ее из столовой, подальше от этой дурацкой бумаги, и поставил на землю. – Ты сделала это. И, строго говоря, ничего не отменила, не так ли, Хлоя? – Он отпустил ее, когда она замерла. – Черт! Ты могла бы развестись со мной перед тем, как решила притвориться умершей, но ты не сделала этого. Ты просто ушла, – он наклонился к ней. – Тебе следовало бы знать, что к этому все идет. Тебе следовало бы знать, что я найду тебя. Я всегда тебя найду.

- Боже, я ненавижу...

Он поймал кулак, летящий в него.
- Господи, Хлоя! Просто остановись. Ты ведь понимаешь, что это бессмысленно.

Ее кулак трясся в его руке, а рот несколько раз хватанул воздух.
- Я была... не здесь. – Она зажмурилась, и ее голова поникла. – Я жила в нормальном мире, Кларк, – тихо проговорила она. – Я забыла, что существуют люди, которым не может быть больно. И что ты – один из них. Ты можешь причинить мне боль. Но у меня никогда... никогда не получится причинить боль тебе. – Ее голос дрогнул, и он ослабил захват на ее запястье, пытаясь понять, не зашел ли он на самом деле слишком далеко.

Вероятно, он должен был попросту разобраться с этим частным образом, получить подтверждение своей правоты, не унижая ее публично.

Она громко шмыгнула носом и посмотрела вверх.
- Я не могу причинить тебе боль, – с несчастным видом сказала она, отступая к парадной двери, ее взгляд метнулся влево. Он увидел окно, стену амбара. – Мне очень жаль. Не знаю, зачем я вообще пришла. Я...

Он прищурился, затем ускорился, схватив ее как раз в тот момент, когда она открыла входную дверь, и, снова захлопнув, прижал ее к ней.
- Хорошая попытка. Но я больше не держу его поблизости.

Ее глаза сделались непроницаемыми.
- О чем ты гово...

- В наши дни у меня слишком много врагов. Ты и вправду считаешь, что я все еще храню зеленые камни в своем амбаре? – Ее взгляд стрельнул в сторону стенного шкафа, и он перехватил его. – Там тоже нет. И тебе придется чертовски хорошо поискать, чтобы найти где-либо хотя бы один. Мне помогли очистить все от них. Только несколько доверенных людей имеют к ним доступ, и ты больше не из их числа. Думаю, тебе не удастся избавиться от меня таким…

- О господи… – хрипло выдохнула она. – Что? Теперь, значит, я собираюсь прикончить тебя? Не драматизируй, Кларк. Едва ли я сделала бы нечто большее, чем отлупила бы тебя.

И помоги ему Бог, может, все дело было в ее голосе, огрубевшем от крика, или в легком блеске пота на ее шее, или в том, что две ее верхних пуговицы в какой-то момент расстегнулись, а его футболка задралась, и между ними осталась лишь только одна ее блузка, или в необычном аромате, исходящем от нее, но он почувствовал, как у него что-то екнуло внизу живота при ее словах.
- Какая жалость, – осипшим голосом сказал он, отодвигая нижнюю часть тела, но все еще продолжая держать руки на ее плечах.

Возможно, он и рисовал в своем воображение некие горячие моменты, очень похожие на этот, но быстро прерывал такие специфические фантазии по отмщению. Где-то на том этапе, когда она, находясь между ним и стеной, дверью или стороной кирпичного здания, умоляла его не выдавать ее, он всегда останавливался. Не предполагалось, что он искал ее ради этого. Это должно было быть ради правды, справедливости и... возвращения ее обратно в Америку, черт возьми! А не ради брачной ночи, в которой ему давно было отказано, и которую он даже не хотел хотеть.
- Давай будем считать, что мы квиты, – сказал он немного более хрипло, чем намеревался. – Думаю, мы достаточно натворили.

- Не достаточно, – рявкнула она, и ее рука сделала выпад в сторону. Фотография с ним в третьем классе упала. Он просто смотрел, как она отскочила и разбилась, слишком сосредоточенный на самоконтроле, чтобы помешать ей. – Совсем не достаточно. – Он предпринял слабую попытку остановить ее, когда она нацелилась на следующую, с ним и с ней, широко улыбающимися и в выпускных мантиях, но отвлекся на ее глаза – они выглядели еще более зелеными из-за ярких рыжих волос и, казалось, метались между ним и теми фотографиями, до которых она могла дотянуться, жадно следя за его реакцией, будто ожидая чего-то...

Он поймал ее запястье, когда она схватила фотографию его матери и отца в день свадьбы.
- Оставь, – прошипел он.

- Ладно. Забирай, – ее хватка ослабла, и он, все еще удерживая ее за одно плечо и настороженно за ней наблюдая, протянул руку и повесил фотографию обратно на стену.

Она повисла криво, но ему было плевать. Он опять повернулся к ней.
- Так ты закончила?

- Наверное. Не их я виню. Это касается их засранца сы…

Он прижал ее к противоположной стене, как только она ринулась к вешалке для головных уборов.
- Если ты не винишь моих родителей, то почему ты крушишь все в их доме?

- Я тебя умоляю! Твоя мать уже несколько лет живет в Вашингтоне. Это все твое... – она замолчала, и ее глаза расширились, когда он зажал ее молотящие воздух руки.

В тот момент, как нижняя часть его туловища слегка коснулась ее, ему следовало отступить, но он не сделал этого. Он не мог. После полутора лет упоминаний о ее смерти и разделяющего их океана он не хотел оставлять больше ни дюйма между ними. Его тело подалось ей навстречу прежде, чем он успел отдать ему команду не делать этого, и теперь... она знала. Он был возбужден. Он знал, что она знала даже до того, как она озвучила это с насмешкой:
- Да что с тобой такое творится?

Он выпустил ее руки и попытался отодвинуться, опозоренный и противный самому себе, но она схватила его за футболку.
- Так, значит, доминирование над беспомощной женщиной заводит тебя, Кларк?

- Ты никогда не была беспомощной, – произнес он ослабшим голосом, почти оседая от ее захвата. – И я не... – он осекся, задохнувшись, когда ее бедра накатились на него.

- Ты не – что? – выдохнула она, разжав руки, но не убирая их, и ее порезанный палец оставил крошечные следы крови, двинувшись вниз. – Ты не несчастный, озабоченный...

- Прекрати, – он нервно сглотнул, когда ее ладонь переместилась под край его футболки.

- Почему? Очевидно же, что это – то, чего ты хочешь. Верно? – он почувствовал, как ее пальцы скользнули прямо за пояс его тренировочных штанов.

- Я не хочу этого, – глупо сказал он, зная, что его руки, в данный момент разминающие ее бедра, свидетельствуют об обратном. – Я просто… должен был найти тебя.

- Зачем, Кларк? – язвительно спросила она, прищурившись. – Ты сказал, что не для того, чтобы насолить мне, тогда для чего? Не для этого ли? – она оскалила зубы, но он едва ли назвал бы это улыбкой. – Я о том, что я дала тебе все, кроме этого. – Ее кисть прекратила играть с краем его одежды и, погрузившись прямиком внутрь, схватила его. – Тебе это нужно, чтобы ты оставил меня в покое?

Он не смог ответить, лишь обмяк возле нее, и его лоб проломил стену чуть выше ее головы.

- Ты этого хочешь? – он ощутил ее шепот на своей шее. – Возьми. Это – последнее, что ты получишь от меня.

О боже. Он и намеревался «взять». Черт, он был вправе! Но когда она сформулировала ситуацию подобным образом…

Он прерывисто втянул воздух, его ладони перешли с ее бедер на талию, в то время как сам он тяжело дышал в стену.
- Делаешь мне одолжение, Хлоя? – его руки ощупью двинулись вверх, возможно, немного резко, поскольку он услышал, что как минимум две пуговицы ударились о пол. Она вроде как возмущенно ахнула в его ключицу, и он едва не рассмеялся, что она может притворяться, будто шокирована, после всего того, что сделала. Она уже притворялась сегодня. Притворялась, что пришла только для того, чтобы досадить ему, тогда как он уловил еще одно намерение, стоило ему лишь приблизиться. Он был не самым искушенным из людей... или пришельцев, но он знал этот запах. Знал, что он означает, и знал, что он становился сильнее с каждым его прикосновением к ней сегодняшним вечером. И он почти полностью окунулся в него после того, как она засунула руку в его штаны. – В этой комнате не только я один несчастный.

- Я никогда и не говорила, что только ты один.

Он поднял голову, его взгляд скользнул по ее приоткрытому рту, расстегнутой блузке и крохотному краю чего-то кружевного... ему необходим был более полный обзор этого. Поэтому он сделал движение кистью и услышал, как еще две пуговицы упали и загремели по полу, увидел, что ее глаза закрылись, а веки затрепетали, и вместе с тем почувствовал, как ее дыхание участилось. И ему хотелось сказать ей, отметить, что он не был единственным, кто жаждал того, что они так и не получили после всех этих совместных лет, указать на тот факт, что она умерла, но даже и не подумала развестись, поскольку в глубине души знала, что ей припомнится, потому что все это… оно набирало обороты на протяжении более чем десятилетия.

Но то были лишь разговоры, а сейчас было не время для них. Она сказала: «Возьми». И он так и сделал. Ее тонкая блузка превратилась в клочья в его руках, когда он обнажил ее кожу настолько, насколько было возможно. Она вовсе не осталась пассивной и потянула за его футболку с энтузиазмом, хотя и безрезультатно. Он позаботился и об этом тоже, сдернув ее с такой силой, что она приземлилась где-то позади него, вероятно, в виде двух обрывков и, судя по звуку, опрокинула что-то бьющееся. Но теперь, когда они оба были полуголыми, это уже не беспокоило его в той же степени, что прежде.

Он пошарил рукой у нее за спиной, пытаясь добраться до застежки лифчика. Он нравился ему около трех секунд, сейчас же был лишь препятствием на пути. Имея опыт раздевания только одной женщины, да даже и той считанное число раз, черт бы его побрал, если бы он сумел ее найти. Поэтому он просто резко рванул, отчасти желая знать, что же он делает, но, по сути, не особо беспокоясь. Это происходило. После десяти лет легких прикосновений, долгих взглядов, секундных поцелуев, слишком продолжительных объятий и одной ночи в Вегасе, которая, хоть и была как в тумане, но, по-видимому, затмила все прочее, это... это на самом деле происходило.

И где-то тут он осознал, что ему никогда еще по-настоящему не доводилось применять на практике то, что, как он ранее был убежден, являлось контролем над его силами во время секса. Эта проблема возникла со всей очевидностью, как только ее губы дотронулись до его шеи. Он понял, что может раздавить ее в своих объятиях, и что ему, вероятно, следует остановиться, перевести дух, сделать передышку, подождать секундочку... Но, черт! Он просто не мог заставить себя, поэтому ему не оставалось ничего другого, как пробить стену... буквально. Его рука впилась во внутренности деревянной балки, когда Хлоя начала извиваться, прижавшись к нему. Он почувствовал, как кусок дерева превратился в пыль в его руке, стоило ее зубам пройтись вдоль его шеи.

Он потянул ее вверх и, когда ее ноги обвились вокруг него, застонал в ее рот, надеясь, что сможет сосредоточиться только на поцелуе. Это было тем, что они делали раньше, чем-то знакомым, но... Она никогда прежде не целовала его так, во всю орудуя и языком, и зубами, и тихо рыча его имя. Он отстранился и, упершись руками в ее бедра, отодвинул ее от себя, но оказался не в силах оторвать взгляда от ее груди, когда ее лифчик сполз вниз по ее рукам.
- Не уверен, что я могу...

- И почему я не удивлена? – оттолкнувшись от него, она соскользнула вниз.

- Что...

- Нет, я понимаю, Кларк. Ты возбужден, но не настолько. И знаешь что? Я больше не позволю тебе проделать со мной такое. Может, я и не модель, рекламирующая нижнее белье, и не стройная богиня, как твой обычный бренд, но я сексуально привлекательна, понял? – она яростно глянула на него, а он лишь пялился в ответ. – Возможно, ты не видишь этого, но было много...

Он притянул ее к себе, снова прижимая свои губы к ее губам, потому что у него не хватало терпения выслушивать, как она доказывает, что сексуально привлекательна, в то время когда сам он был на грани того, чтобы оттрахать ее.
- Закончила, наконец? – произнес он ей в губы.

- Ну, ты... ты говорил...

- Я не хочу сделать тебе больно, – хрипло сказал он, пытаясь сохранить мягкость прикосновений.

Она засмеялась, лишь оттолкнула его и засмеялась.
- Ты не хочешь сделать мне больно? Вау! Поверить не могу, что ты взял и сказал такое после того, как...

- Физически, Хлоя! – прорычал он.

Она замолчала, но на ее лице тем не менее осталась все та же горькая усмешка.
- Не беспокойся об этом, Кларк. Едва ли я смогу ненавидеть тебя еще больше.

И тогда он действительно захотел сделать ей больно, хотя бы чуть-чуть, даже физически. За то, что она бросила его. За то, что она его ненавидит. Чтобы она чувствовала хотя бы частично то же самое, что чувствовал он каждый раз, когда она говорила ему, что он нежеланный. Но он не мог причинить ей боль. После того единственного раза, когда он сделал это, толкнув на пол в ее драгоценной Сторожевой Башне, он мучился на протяжении нескольких недель. Поэтому он просто подцепил пальцами обе стороны ее джинсов и потянул, наблюдая, как боковые швы расходятся и распускаются.

Она ошеломленно посмотрела вниз, когда они медленно сползли по ее ногам.
- Они мне нравились.

- Хорошо. – Он схватил ее за талию и прижал спиной к стене. Он покончил с волнениями и беспокойствами и, определенно, завязал с разговорами. Он не хотел поранить ее. Он и не поранит. Его босая нога проломила половицы, когда ее большой палец скользнул по его соску, но у него не было с этим никаких проблем. Он скорее разнесет этот чертов дом, чем увидит синяк на ее коже... всей этой коже... ее недостаточно... она не вся еще обнажена.

Он ухватился за края ее трусиков с разных сторон и разорвал пополам. Съехав к ее лодыжкам, они присоединились к джинсам. Она даже не стала делать вид, будто потрясена, только застонала и прижалась губами к его груди. Он подумал, а не следует ли быть в шоке ему самому, но вообще-то он не чувствовал ничего такого – только не сейчас, когда везде была ее обнаженная кожа, ее губы, и когда она прикасалась к нему повсюду... Нет, не повсюду. Не там, где он хотел этого больше всего.

Он потянулся вниз, готовый избавиться от штанов, но она опередила его. Ее ногти прошлись по его бедрам, когда она спустила их. Любому другому мужчине... или любому человеку было бы больно. Ему же было лишь щекотно и горячо, от чего его дыхание участилось. На секунду он задался вопросом, намеревалась ли она на самом деле причинить ему боль, но очень быстро понял, что не желает этого знать. Сейчас он просто хотел ее. И он имел полное право. Она была его, и... Он поднял ее, вжимая в стену, отрывая ее губы от своей груди и припадая к ее груди своими губами, оставляя отметины. Совсем немного боли, совсем чуть-чуть за каждый день, когда он гадал, действительно ли она мертва, в то время как она наслаждалась своей замечательной новой жизнью с замечательным новым парнем и замечательной новой работой.

Похоже, она не возражала. Теперь она почти брыкалась, по-видимому стремясь стряхнуть джинсы, которые все еще висели на ее лодыжках, и при этом извивалась, прижимаясь к нему, ее ладони хватались за кожу на его плечах, пальцы врезались в спину. Он отпустил ее и, отступив, дал возможность сползти по стене, готовый сдернуть ее штаны, обувь и все остальное, но потерял равновесие, запутавшись в собственной одежде, и, споткнувшись, натолкнулся спиной на стойку перил у основания лестницы, которая с треском сломалась. Он оказался на полу и услышал, как она прыснула со смеху.

- Вот это да! Поверить не могу, что великий штат Канзас до сих пор стоит, когда в нем орудует герой с твоими навыками и ловкостью.

Он сел, прищурившись, когда она, облокотившись о стену, стала сбрасывать брюки.
- Тем не менее, я нанес дому повреждений гораздо меньше твоего, – проговорил он, поднимаясь и вытряхивая щепки из волос. И застыл, потому что она была обнажена.

- Это – вопрос времени, – сказала она, но теперь уже не так самодовольно, когда ее взгляд скользнул по нему, и он вспомнил, что тоже обнажен. И какого черта они бездействуют, когда они оба голые?

Но он не мог отвести глаз. Ее формы были так мягко округлены. Как она выразилась, глумясь, она всегда отличалась от его «обычного бренда». Но это не значило, что он не приветствовал такое отличие. Что касается красивых девушек типа Ланы и Лоис, их тел, то тут можно было испытывать определенную гордость, тешить свое самолюбие, зная, что у тебя есть то, что хотят иметь мужчины, что ты имеешь право любоваться на их фигуры, подобные тем, которые красуются на обложках журналов, тех самых, для мужчин и для женщин. А еще была Хлоя. И то, что он пялился на нее, не имело отношения к гордости и удовлетворению самолюбия.

Это было влечение.


 
puppy-eyeДата: Четверг, 06.07.2017, 12:47 | Сообщение # 67
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
Моя логика упала в обморок и больше не поднимется, я боюсь
 
AnaskoДата: Четверг, 06.07.2017, 12:49 | Сообщение # 68
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 576
Репутация: 6
Статус: Offline
Однажды ночью, во время первого года средней школы, он смотрел «Животное под названием человек», фильм в рамках специальной периодики на канале TLC. И там иногда говорилось о том, что мужчин якобы привлекают женщины с широкими бедрами, большими задницами и сиськами, и что это – биологический императив. Он согласился с тем, что сиськи, без всякого сомнения, очень важны, но помнил, как поднял на смех факт привлекательности поп и бедер. За исключением Дженнифер Лопес, большинство женщин с такими задницами были заведомо вынесены за пределы обложек журналов. А что касается бедер... И тут он подумал о Хлое. А затем он попытался не думать о Хлое. А потом он решил, что думает о Хлое только потому, что она являлась доказательством его точки зрения. Хлоя своими бердами не привлекала так много мальчиков, как Лана... или своей грудью. Он не мог отрицать, что у Хлои была грудь, в то время как у Ланы, определенно, не было.

Годы спустя, когда он был с Лоис, он снова задумался о биологическом императиве. Ее грудь была, безусловно, впечатляющей, еще более чем у Хлои... или, что само собой разумелось, чем у Ланы. Но его интересовало, существует ли что-то такое особенное в бедрах и попках, и, возможно, именно поэтому и было так сложно набраться смелости, чтобы попробовать...

- Ты когда-нибудь смотрел «Животное под названием человек»? – почти затуманено глядя, спросила Хлоя. – Женщин привлекают высокие мужчины с большими руками и широкими плечами. Говорят, что это биоло...

И он накинулся на нее. Она могла бы получить серьезные травмы при ударе о ту самую стену, не позаботься он прикрыть рукой ее затылок перед тем, как тот проделал бы еще одну дыру в стене. Так что в действительности дыру проделала его рука. Хлоя же пострадала только от штукатурной пыли, которая попала ей в волосы, обсыпая и окутывая их, пока он пытался придать им обоим нужное положение. Ему следовало бы извиниться, но, очевидно, на него оказывал воздействие биологический императив. Он чувствовал необходимость быть внутри нее… если бы он только мог туда добраться.

- Черт! Ты слишком маленькая, – раздосадовано выдохнул он.

Она бросила на него испепеляющий взгляд, но обошлась без язвительных комментариев, лишь ухватилась за его плечи, стремясь подтянуть себя вверх. Он высвободил руку, зажатую между ее головой и стеной, и приподнял ее, стараясь сделать хотя бы немного выше, настолько, чтобы…

- A-a-a-a-a!!!

Он сам не понял, кто из них издал этот звук. Вероятно, оба. Похоже, это чувство было взаимным, стоило ему оказаться в ней. А потом наступила тишина. Не было слышно даже ни единого вдоха, когда он, поймав ее взгляд, начал двигаться, прижимаясь к ней, двигаться внутри нее. Он не знал, на самом ли деле они перестали дышать, или он просто отсек все остальные ощущения, и осталось только ее тепло, плотно обхватившее его, ее глаза, прикованные к нему, ее гладкая кожа, скользящая по нему. Очень гладкая кожа, слишком гладкая. Пытаясь все так же удерживать ее, он нарастил интенсивность движений, но она стала съезжать вниз, и он резко толкнулся вверх. Ее рот приоткрылся, и он снова ее услышал…

Всего лишь один продолжительный низкий стон, который она испустила, крепко зажмурившись. И это довело его до точки... не сам звук, а то, как она сжимала, стискивала его внутри себя.

- Черт!

Его глаза горели, все его тело гудело, и он хотел стиснуть ее в ответ и не знал, как сдержаться. Он закрыл глаза, убрал от нее одну руку и сжал стену, вонзившись пальцами вглубь, раскалывая и растирая в пыль. Он уже начал думать, что нашел приемлемый компромисс, когда, после того как он впился в дерево в очередной раз, раздался жуткий отвратительный скрежет.

Он отдернул руку и открыл глаза, встретившись с ее – широко распахнутыми, почти неистовыми. Он до смерти напугал ее. Он замер.
- Хлоя… не могу…

Она схватила его за волосы и притянула к себе.
- Не останавливайся, – задыхаясь, сказала она. – Даже не думай о…

Он взглянул наверх, в направлении раздавшегося сильного треска, и бросился в сторону, по-прежнему крепко обхватывая ее. Он приземлился между ней и нижними ступеньками. Они громко запротестовали, но, кажется, выдержали. Но он все равно зажмурился, ожидая, что она станет смеяться над ним, или кричать на него, или просто, спасаясь, ринется от него прочь. Но она не сделала ничего подобного. На самом деле он почувствовал, что она начала двигаться, прижимаясь к нему, и открыл глаза.
- Ты сумасшедшая, – простонал он, ощущая ее. – Весь этот чертов дом сейчас...

- Замолчи! – судорожно выдохнула она, склоняясь над ним и жадно ловя воздух в пространстве между ними. – Я ждала этого слишком долго...

Он хотел привести какие-то слабые доводы в пользу их безопасности, но все, что он мог делать – это издавать прерывистые, чуть сопровождаемые голосом вдохи и выдохи, в то время как она скользила по нему вверх и вниз. Он с силой толкнулся ей навстречу, не в состоянии остановить себя. Да и почему он должен был останавливаться? Она была права. Разве они не ходили достаточно долго вокруг да около? Быть может, после этого он сможет ее отпустить. Возможно, в этом и была вся их проблема. Если бы они могли просто через это пройти, если бы они могли просто...

- О боже!

Если бы они могли просто это пережить... Почувствовав, как она яростно сжала его внутри, он попытался овладеть собой, его рука метнулась в сторону в поисках чего-нибудь, всего чего угодно, к чему можно было бы прикасаться. Опасаясь трогать ее, он ухватился за стойку перил и ощутил, как дерево раскрошилось в его ладони. Он уставился на обломки, затем на нее, задаваясь вопросом, теперь-то положит ли она этому конец? Кто-то должен был. Он, безусловно, не мог. Но она лишь ничком упала на него, и ее глаза закрылись.

И тогда он на самом деле осторожно обхватил ее, пока она в полном изнеможении лежала на нем, и начал задом карабкаться вверх, пытаясь взобраться по лестнице. Где-то в глубине души он знал, что должен праздновать победу, потому что она пришла, и потому что он сделал это, и она могла катиться ко всем чертям со всеми своими разговорами о том, что это было одолжением ему.

Но, по большей части, он все-таки хотел, чтобы дом в итоге уцелел. Если бы только у него получилось добраться до кровати... Насколько сильные повреждения он сможет нанести матрасу? Даже наиболее серьезные были ерундовыми по сравнению с...

- Мммм...

Он рухнул на пол в коридоре, когда ее губы скользнули по его шее.

- Не делай этого! – рявкнул он, и она замерла. Каждое его нервное окончание казалось сейчас оголенным и сверхчувствительным, и это пугало. Он не беспокоился, когда был смертным. Не беспокоился, когда у Ланы были суперсилы... оба раза. Он просто никогда не беспокоился. Но это была Хлоя, и его суперспособности развивались уже десять лет, и она казалась такой маленькой по сравнению с ним, такой хрупкой, что он едва чувствовал ее вес, пока она не...

- Господи! – выдохнул он, когда ее внутренние мускулы сжали его. – И этого тоже не делай!

Она подняла голову с его плеча, стискивая его внутри себя снова.
- Не делать что?

- Хлоя...

- Не делать этого? – она опять повторила, и он почувствовал, что его пальцы вонзились в пол прямо через ковер.

- Нам нужно... в постель... – простонал он, вставая и прижимая ее к себе, и, спотыкаясь, двинулся спиной вперед. Он только добрался до двери, и тут же с размаху врезался в нее, проломив внутрь, поскольку она сделала это снова.
- Прекрати. Ты заставляешь... заставляешь меня...

- Что? Кончить? – она крепче обвила руками его шею и куснула его нижнюю губу, прежде чем заговорить. – Я думала, ты уже делал это раньше.

- Делал, но... это было по-другому, – он чуть не упал вперед, протискиваясь с ней через дверной проем.

- По-другому? – она судорожно вдохнула, когда он снова толкнулся в нее, почти непроизвольно. – Это никогда не бывает по-другому. Всегда предполагается, что ты должен кончить.

- Я знаю, – задыхаясь, сказал он. Черт! У нее уже получилось, и он по-прежнему ужасно гордился этим. И разве он, по большему счету, не был волен после этого кончить сам? Но он сомневался, что это...

- Просто кончи, Кларк.

И он был предельно готов. Она пульсировала вокруг него уже целую вечность, и каждый раз он чувствовал, что вот-вот взорвется, и ему приходилось... Он немного расслабился, прижимаясь к ней, когда осознал, что сопротивляется именно этому. Он вроде как только что понял, почему другие парни говорили о решении в уме математических примеров или повторении алфавита: все для того, чтобы это длилось как можно дольше. Правда, его вариантом оказалось разрушение деревянных частей дома. Ему придется найти другой способ.

- Все закончится, когда ты сделаешь это, – вкрадчиво сказала она, выдыхая слова в его рот.

Он крепко зажмурился. Закончится. У него не будет времени найти другой способ, потому что на этом – все. Это было последним, что он получил от нее, как она сама сказала. Он почти хотел продолжать оттягивать этот момент, если бы только полагал, что его дом сможет это пережить. Но, как бы то ни было, он открыл глаза, схватил ее за бедра и вжался в нее. Если на этом – все, то он сделает это незабываемым. Он скользнул назад, затем толкнулся внутрь, удовлетворенно выдохнув, когда она, поскуливая, откинула голову назад. Он заставил ее кончить раз, и он сделает это снова, и тогда она... Он не знал, что ожидает, но чего-то большего, чем ее пренебрежения и этого последнего события самого по себе.

Он вышел из нее, затем вдавился внутрь чуть сильнее, и ее поскуливание перешло в надрывное выдыхание его имени. И тогда он забыл о том, что собирался сдерживаться, о том, чтобы уберечь дом, уберечь ее тело. Все в нем было нацелено лишь на то, чтобы еще раз услышать этот звук. Он подался вверх и почти зарычал, когда она опять повторила это. Он уронил голову к ее шее и, практически замерев и двигаясь лишь бедрами, продолжал толкаться в нее, стараясь сделать ей так хорошо, слишком хорошо, слишком чертовски хорошо для того, чтобы она...

Чтобы она что? Смогла уйти? Она собиралась уйти. И он хотел, чтобы она ушла. Разве он не получил от нее все, чего хотел? Он получил доказательство, затем отмщение, затем это... эту брачную ночь, которую он отказывался хотеть. Она должна была уйти после этого. Это было уже слишком.

- Слишком хорошо, черт возьми.

Один из них на самом деле сказал это. Он предпочел бы, чтобы это была она, но, возможно, что и он, и ему необходимо было восстановить контроль. Потому что он его терял. Или она? Она сейчас почти вибрировала. Но им все-таки нужно было добраться до его проклятой кровати.

Он решил попробовать, и, спотыкаясь, попытался войти в комнату, но тут она сжалась вокруг него, и он излился внутрь нее. Он отрикошетил от комода, который негромко хрустнул, после чего она приземлилась на кровать, а он – на нее, с открытым ртом у ее шеи. Не самая достойная поза. Но в тот момент ему было все равно, он был настолько удовлетворен и истощен, что не хотел ничего иного, кроме как остаться так навсегда. Он скользнул рукой вниз по ее бедру, вздохнул, думая об обломках вокруг них и о том, как все теперь изменилось. Быть может...

Он почувствовал на груди ее ладони, и они не ласкали, а отталкивали его.
- Кларк, – с кряхтением произнесла она, толкая сильнее.

- Прости. – Он приподнялся, немного смущенный, и зашипел, покидая ее тело. – Ты в порядке?

- В полном. Просто не хочу, чтобы ты... дышал тут на меня. Слезай.

Он скатился с нее, перевернувшись на спину, скорее от неожиданности, чем подчинившись, и уставился в потолок.
- Хлоя...

- Не называй меня так. – Она потянула за одеяла под ним, и он дал ей их вытащить, все еще ошеломленный. Он глядел в потолок, слышал шелест, пока она устраивалась рядом. – Я устала. Уеду утром. Хотела бы я... – ее голос дрогнул, прежде чем она продолжила. – Хотела бы я никогда не приходить сюда.

Он собирался согласиться, но лишь отвернулся, ощущая пустоту внутри. Все теперь изменилось. И не к лучшему.

- Я тоже бы хотел, чтобы ты никогда не приходила сюда, – сказал он тихо, не заботясь о том, слышит ли она или нет. – Хотел бы никогда не встречать тебя.


 
puppy-eyeДата: Четверг, 06.07.2017, 13:59 | Сообщение # 69
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
Секас написан отвратительно. Автору бы поучиться у автора про КЛ, что Марина переводила tongue

Сообщение отредактировал puppy-eye - Четверг, 06.07.2017, 14:00
 
AnaskoДата: Пятница, 07.07.2017, 11:28 | Сообщение # 70
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 576
Репутация: 6
Статус: Offline
ГЛАВА 16

22 декабря, 2011 (5:50 утра)

Он подметал стекло, не прибегая к суперскорости. Он не хотел закончить работу слишком быстро. Была какая-то странная справедливость в том, чтобы, не ускоряясь, продираться через весь этот бардак. Вчера она убрала большую часть мусора, оставшегося с прошлой ночи, и хоть он и обвинял ее тогда, но технически наибольший ущерб нанес он. И ему следовало наводить порядок старым добрым способом. Это было подобно искуплению и ни в коей мере не средством отсрочить тот момент, когда он посмотрит в лицо своей теперешней жизни.

Он взглянул вверх, на потолок. Она спала в комнате его матери, и сейчас на самом деле спала. Он не использовал рентгеновское зрение, но, укрепляя перила, втыкая гвозди в доски над дырами в полу и перевешивая картины, чтобы закрыть ими отверстия в стенах, слышал, как она сопит и вздыхает, и даже негромко всхлипывает, и знал, когда она погрузилась в сон. Он не понимал, зачем слушает. Ему нельзя было к ней прийти – она не обрадовалась бы.

Они сказали все то, что должны были сказать за эти годы, и она сделала свой выбор. Выбор, не подразумевающий его участия в ее жизни. Он не понимал, зачем мучает себя, прислушиваясь к каждому ее вдоху. Но он просто не мог расслабиться, пока не убедился наверняка, что она уснула, не мог перестать ходить туда-сюда, не мог быть наедине со своими мыслями.

И по-прежнему ничто не менялось. Он не желал останавливаться и думать. Предыдущие полтора года сводились к тому, чтобы найти ее. Все остальное – еда, сон, спасение подвергшихся нападению пешеходов либо глупых детей, устраивающих вечеринки на крышах, отсылка ядерных боеголовок в космос… это являлось лишь частью его будней. А поиск ее был движущей силой, тем, чем он занимался, расправившись со всеми повседневными делами. Единственным, что связывало вместе те дни. Это походило на хобби, имеющиеся у других, нормальных, людей. Подобно тому, как некоторые проживают свой день, мечтая о модели железной дороги, оставшейся дома, он жил, представляя различные варианты того, как отыщет ее, воображая самые разнообразные ее реакции, предаваясь фантазиям, в которых она ждала его.

Но она не ждала. Она страшилась его. И теперь ему придется жить с этим. Но сейчас он уж точно не собирался об этом думать. Вот почему ему необходимо было продолжать себя чем-то занимать. Он высыпал мусор из совка в корзину и огляделся.
- Ну, давай же, – пробормотал он. – Должно быть что-нибудь еще…

Но ничего не было. Помещение больше не выглядело так, словно бы его разгромили. Он даже отдраил проклятую кухню. В любое другое время он слетал бы в Метрополис и нашел бы для себя работу. Супермен может понадобиться в любой момент, и иногда он подумывал о том, почему бы ему не оставить этот пыльный старый дом и не переехать туда. Но без возможности платить за жилье это не казалось таким уж хорошим решением. И уйти сейчас, когда она спала наверху, а этот ее идеальный жених прилетал сегодня, тоже не являлось решением.

Его взгляд метнулся к столу, к бумагам, которые до сих пор находились там же, теперь уже слегка помятые и забрызганные. Для него нашлось еще одно дело. Но он не мог заставить себя. Пока нет. Лишь когда не останется выбора. Ведь стоит ей получить их вместе со своей драгоценной сумочкой, как она уйдет навсегда.

- Сумочка, – простонал он, вспомнив, что она осталась в одной из тех дыр в полу, которые он заделал. Он стащил коврик с наспех поставленной заплаты у основания лестницы, совсем не испытывая раздражения из-за того, что приходится ломать только что починенное. По крайней мере, хоть какое-то занятие. Он пробил кулаком доску, наслаждаясь раздавшимся треском… пока не услышал хлопок. Он бросил взгляд наверх, задаваясь вопросом, не причинил ли он в конечном счете дому действительно некие серьезные структурные повреждения. Затем прозвучали голоса, и они доносились снаружи. Он посмотрел сквозь стены и увидел мужчину, убирающего руку от дверцы желтого такси, которое тотчас же тронулось. – Кто, черт возьми…

Но, на самом деле, не имело значения, кто. Этой дорогой не пользовались, если не намеревались подъехать к его дому. Он мельком отметил костюм, модное пальто, очки, деревянную походку, небольшой чемодан на колесиках. Вероятно, какой-то бумажный деятель, прибывший для того, чтобы еще больше испортить его жалкую жизнь. Он вернул коврик обратно, надвинув на отверстие в полу, и помчался вверх по лестнице, пытаясь найти свои очки и понять, как именно тот парень собирается действовать. Это не могло быть изъятием за неуплату. Закладная была выкуплена давным-давно, а прилегающие земли распроданы.

Очки наконец-то обнаружились торчащими из-под кровати. Он надел их, вышел в коридор и едва закрыл за собой дверь спальни, теперь довольно-таки перекошенную, как зазвенел звонок. Он взглянул на Хлою, но она даже не шелохнулась, и он направился вниз по ступенькам, все еще пребывая в полном недоумении по поводу того, что этот тип здесь делает.
- Может, коммивояжер, – рассеянно пробормотал он, подумав о чемодане. Но зачем тащиться в такую даль с первыми признаками рассвета?

Кларк открыл входную дверь и замер, уставившись на человека, стоящего на крыльце.

Он знал его. Откуда он его знал?

- Привет! Вы, должно быть… – мужчина запнулся и тряхнул головой. – Кемп, да?

- Э-э… Кент, – сумел выдавить из себя он. Не похоже, чтобы он знал его в том смысле, что они были знакомы. Но, определенно, ему казалось, будто бы он уже неоднократно видел его.

- Точно! – произнес тот, щелкнув пальцами. – На самом деле я все себе записал, но я уезжал в такой спешке. Даже не был уверен, найду ли вас. Но это ведь небольшая деревня, как и говорила Лиз. Я и сам вырос в такой же, поэтому я сказал водителю, что, как только мы доберемся туда, кто-нибудь да будет знать. И вот я здесь. – Он прислонил свой чемодан на колесиках к крыльцу и выставил вперед руку. Кларк лишь тупо смотрел на нее, все еще не понимая, что происходит. – Слушайте, я не вижу никаких причин для взаимной неприязни. Не сомневаюсь, все мы желаем разобраться с этим, и как можно быстрее. Верно, Карл?

- Мм… Кларк, – неуверенно проговорил он, по-прежнему пытаясь понять, откуда он мог знать парня, пока, наконец, не принял в расчет его дорожный чемодан, мятый костюм…

- Простите?

И кроме того, сильный британский акцент.
- Я Кларк Кент, – он схватил его руку. – А вы, наверное, Аллан, – он едва не поддался искушению назвать его Алвином, просто чтобы сравнять счет.

- Разве я забыл представиться? – мужчина закатил глаза, пожимая Кларку руку. – Прошу прощения. Долгий перелет, и я немного измотан. Как бы то ни было… Аллан Пенри-Марш, – в его лице, похоже, появилось напряжение. – У вас довольно сильное рукопожатие, – прокряхтел он. – Вы не могли бы отпустить?

- Извините, – Кларк выпустил его руку, пытаясь уверить себя, что не намеревался ее раздавить. Но он, пожалуй, хотел бы. Он был зол и раздражен как от самого факта его прибытия, так и из-за не дающего ему покоя ощущения, что парень все еще казался настолько подозрительно знакомым. Он едва взглянул на него на свадьбе, неспособный, после полутора лет, оторвать глаз от Хлои. Не было такого чувства, будто он знал его оттуда. Словно бы он знал его откуда-то еще. Но тогда откуда? – Вы бывали в Канзасе раньше?

- Не имел удовольствия, – произнес тот, оглядывая слегка покрытое инеем крыльцо. – По правде говоря, я совсем запутался, где это находится. Полагал, немного ближе к экватору, – сказал он, потирая руки. – И поэтому будет теплее. Но сейчас довольно прохладно, – он пристально посмотрел на Кларка почти что выжидательно. – Так что я был удивлен, – закончил он, продолжая все так же смотреть, и Кларк недоумевал, какого ответа он ожидал. Конечно же, было холодно – для тех, кто ощущал холод. Неужели Аллан рассчитывал удивить его этим? – Слушайте, вы не возражаете впустить меня внутрь? Действительно холодно.

- Простите, – он сделал шаг назад, и этот самый… Аллан вошел в дом.

Он вкатил свой чемодан и осмотрелся.
- Итак… не думаю, что Лиз уже встала.

- Лиз? – повторил Кларк, закрывая дверь.

Аллан уставился на него.
- Да, Ли… Ах, верно. Вы назвали ее Хлоей, – он изобразил улыбку, которая больше была похожа на гримасу. – Рад, что она отказалась от этого имени. Оно ей совершенно не подходит.

Кларк почувствовал, как его челюсти сжались, когда он развернулся к нему, готовый ответить, что думает то же самое про Лиз.
- Она еще спит, – вместо этого проговорил он сквозь зубы. До сей поры он был так озадачен, что почти забыл о том, чтобы злиться. Да что это вообще за такой тип, объявившийся на его пороге, который маячит тут, называя Хлою Лиз, и… он силился придумать что-нибудь еще. – Я полагал, она собиралась сегодня встретить вас в аэропорту, – сказал он, пытаясь держаться за свой гнев, хоть и понимал, что не имел права сердиться на парня. Насколько Аллану было известно, Хлоя являлась незамужней женщиной, пока Кларк не дал о себе знать. И, насколько ему было известно, Хлою действительно звали Лиз.

- Это моя вина. Я записал ваш номер телефона, но он… – Аллан нервно рассмеялся. – Так вот, он записан на той же бумажке, что и ваше имя, которое, как я уже понял, не Карл… и… – он вздохнул. – На самом деле, это все Лиззи. Это она следит за мной. Я полностью потерян без нее. Само воплощение рассеянного профессора.

- Профессора?

- Ах да. Я преподаю. Биология. Шестые классы. Вероятно, для вас, янки, это нечто вроде средней школы. И я знаю, о чем вы думаете, – он улыбнулся. – Как могло угораздить человека науки жениться на женщине, пишущей о всякой ночной жути? Должно быть, это кажется странным, – улыбка спала с его лица. – И оказалось еще более странным после того, как вы дополнили это всей той неразберихой, что связана с вами.

Так, значит, это со мной связана вся та неразбериха, да? Он не сказал этого. Правда состояла в том, что он с трудом пытался найти хотя бы какой-нибудь повод, чтобы оскорбиться. Мужчина был безобиден и ужасно вежлив, несмотря на произошедшее, и Кларк, обычно спокойный и мягкий в обращении, недоумевал, что же такое в этом парне продолжало не давать ему покоя. Это могло быть связано с тем, что тот собирался пересечь Атлантику вместе с Хлоей, оставив его позади, но не все сводилось к этому. Он не переставал выглядеть очень знакомым.


 
puppy-eyeДата: Пятница, 07.07.2017, 11:43 | Сообщение # 71
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
Да-да, нам еще только ботана не хватало для полноты happy
 
AnaskoДата: Пятница, 07.07.2017, 11:52 | Сообщение # 72
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 576
Репутация: 6
Статус: Offline
- В общем, я нанял машину, так как не сумел дозвониться на мобильный Лиззи. Видимо, он давным-давно разрядился. Она забыла зарядку, скорее всего. Похоже, мы начинаем притираться друг к другу, и что-то от меня передается ей.

И гнев вновь вернулся – гнев, на который он не имел права. Но этот мужчина тоже не имел права… притираться… да и вообще. Кларк был единственным, кто до сих пор на законных основаниях имел право на… все такое. И это оставалось в силе, пока он не подпишет те бумаги, которые по-прежнему казалось невозможным подписать.

- Знаете, я просто хочу сказать, что вы сыграли по-честному и удивительно хорошо справились с ситуацией.

Кларк обнаружил, что его гнев утихает.
- Спасибо, – немного помедлив, ответил он, невольно испытывая удовлетворение. Раз он пока еще не прошиб парнем стену, то, наверное, его контроль над ситуацией действительно был не так уж и плох.

- Но почему бы и нет? Теперь вы станете свободным и сможете быть с… Лолой, кажется? – Аллан снял с себя пальто.

- Точно. Я… с Лолой?

- Ну, я думаю, вы женитесь на ней. Лиззи упоминала, что вы были страстно увлечены кем-то по имени Лола.

- Вы имеете в виду Лоис, – произнес Кларк, качая головой. – Так, получается, теперь я женюсь на ней?

- Готов поспорить. Стоит лишь нам утрясти это недоразумение, – радостно откликнулся он. – Лиззи сказала, вам суждено быть вместе. Поэтому я не виню вас за то, что ранее вы так разозлились. Неожиданно узнать, что вы женаты… Наверное, это было шоком. Я и сам на вашем месте перелетел бы через океан, – как ни в чем не бывало Аллан положил пальто на свой чемодан с таким видом, будто бы не нес какой-то бред. – Хотя лучше бы вы отозвали нас в сторонку и решили все с глазу на глаз, вместо того чтобы устраивать подобную сцену. Но вы, американцы… – он рассмеялся. – Итак… Лас-Вегас, да?

- Она говорила вам про Вегас?

- Лиззи все объяснила. Вы были молоды и, очевидно, в стельку пьяные. Даже никакой брачной ночи, поэтому вряд ли вы отнеслись к этому как к чему-то юридически обязывающему. Так что все встает на свои мес… – он тряхнул головой. – Вообще-то, ничто не встает на свои места, – он вздохнул. – Полагаю, это является одной из сторон жизни с ней. Ее так сложно понять.

- Расскажите мне об этом, – попросил Кларк, немного ошеломленный.

- Никогда не знаешь, о чем она на самом деле думает, – проговорил Аллан, направляясь в гостиную. – Временами она словно бы отсутствует, и я спрашиваю, что случилось, а она отвечает, что все нормально. Улыбается мне этой… странной улыбкой, – он снова вздохнул и оперся ладонями о спинку дивана. – Иногда я ненавижу эту улыбку.

Кларк поймал себя на том, что приближается к нему.
- Потому что она не настоящая. Слишком широкая, слишком яркая и не касается глаз.

- Что ж, вы вместе росли, поэтому можете знать ее почти так же хорошо, как и я.

- Почти? – переспросил он, снова начиная раздражаться.

- Вам нравится повторять, верно? – Аллан вздохнул опять и уставился прямо перед собой. – Как бы там ни было, мы все обсудим, пока будем лететь обратно. Я твердо намерен разобраться с этой проблемой. Такой, как она, больше не найти.

- Нет, не найти, – печально подтвердил он. Его злость рассеялась, и он тоже облокотился о спинку дивана.

- Та поддержка, которую ты получаешь… Ты чувствуешь себя так, словно можешь пройти через все что угодно, если она ждет тебя в конце. Не знаю, что бы я делал без нее.

- Я привык думать так же, – прошептал Кларк, глядя в зеркало над камином, на себя рядом с этим мужчиной, которого он, похоже, оказался неспособен ненавидеть. Быть может, из-за того, что он, кажется, кое-что понял в той загадке, которой являлась Хлоя. Или, может, после всего того времени, пока он ее искал, когда ему говорили, что она умерла, он был рад поговорить о ней с кем-то. А возможно, потому… Он застыл, уставившись в зеркало, переключив взгляд с себя на Аллана.

Темные волосы, слегка вьются. Высокий. Немного массивный. Зеленые глаза… Он отшатнулся.

Аллан повернулся к нему.
- Вы в порядке? Выглядите так, будто бы увидели привидение.

Больше напоминает зеркальное отражение. Не совсем, но чертовски близко к этому. Не удивительно, что мужчина казался таким знакомым.

Он нащупал позади себя стойку перил и сделал шаг назад, к ступенькам.
- Знаете что? Я пойду проверю, не проснулась ли Хлоя, и…

- Хлоя? – Аллан изумленно посмотрел на него.

- Вам нравится повторять, – он неловко рассмеялся. – Сейчас вернусь. – На негнущихся ногах он двинулся вверх по лестнице, направляясь к комнате своей матери. Ему даже не пришлось напоминать себе не ускоряться, поскольку он испытывал достаточные трудности с тем, чтобы просто идти. Возможно, ему следовало попытаться немного поспать прошлой ночью. Может, тогда бы он не выглядел как какой-то придурок, повторяющий каждое слово за Алланом… Алланом, который был невероятно похож на него. Но, может, это не вызывало бы такого беспокойства, если бы он не находился немного не в себе после двух ночей, имея всего лишь пять часов сна. Ему необходимо было взять себя в руки.

Глубоко вдохнув, он постучал в дверь.
- Хлоя? – он подождал, затем постучал снова. – Хлоя? – он уже был почти готов произнести ее то, другое имя, чего он решительно намеревался избегать, когда она отворила.

- А? – она тяжело привалилась к дверному косяку – волосы в беспорядке, глаза опухли и едва открыты, – всем своим видом говоря о том, что ей очень не нравится находиться в бодрствующем состоянии.

Это ощущение было ему знакомо.
- Аллан здесь, – сказал он глухо. «И он, вроде, очень похож на меня», – хотел добавить он, но она казалась и так в достаточной мере потрясенной, судя по тому, что ее глаза широко распахнулись и она втянула его внутрь комнаты.

- Он здесь? – она закрыла дверь и начала приглаживать волосы. – Он должен был позвонить мне.

- Думаю, он мог потерять номер телефона. Он говорил, что записал его и…

- Кто бы сомневался, – пробормотала она и, подойдя к туалетному столику его матери, извлекла щетку с серебряной ручкой из косметички. – Мне почти каждый день приходится напоминать ему, что нужно есть.

- Да, он отмечал что-то подобное. «А еще он, вроде как, очень похож на меня», – его так и подмывало это сказать. – Как бы там ни было, он взял такси и сейчас он внизу, и…

- Я спущусь через секунду, – она с усилием провела щеткой по волосам. – Господи! Что он обо мне подумает, когда увидит в этом? – она обозначила стрейчевые штаны его матери и безразмерный спортивный свитер.

- Что ты потеряла свой багаж?

- Неплохо, – согласилась она, жестикулируя щеткой. – Но как насчет той одежды, в которой я приехала? Потому что он не должен узнать, что я… что мы… – она зажмурилась и выронила щетку. – Пожалуйста, скажи, что ты не говорил ему.

Он тяжело сглотнул.
- Говорил о чем?

- Точно, – выдохнула она. – Потому что это было ничем, Кларк. Это было просто… нечто такое, оставшееся незавершенным. То, с чем мы должны были покончить, прежде чем двинуться дальше. Верно? – она подошла к нему и схватила за плечи. – Верно? – она встряхнула его. – Скажи, что ты согласен!

Он смотрел на нее, и внутри него что-то умерло.
- Это было ничем, – произнес он отрешенно. Та ночь была ничем. Все их совместные годы были ничем. В итоге Кларк Кент и Хлоя Салливан оказались никем друг для друга. И ему придется помнить об этом, мириться с этим, жить с этим.

- Хорошо, – она вздохнула. – Все почти что закончилось, – объявила она, отпуская его и поднимая щетку.

- Слава богу, – пробормотал он.

- Единственное, что нам надо сделать – так это подписать бумаги, – продолжала она, расхаживая по комнате, – и Аллан будет удовлетворен, и мы уедем, и никому не нужно знать, что я когда-либо была здесь.

- Хотел бы я забыть, – добавил он.

Она не услышала, не переставая расхаживать взад и вперед и терзать свои волосы.
- Все будет именно так, как тому и следует быть. Никакой Хлои Салливан, – сказала она, теперь почти неистово. – Не существует никакой Хлои Салливан. Никогда не должно было быть Хлои Салливан.

- Но она была, – вырвалось у него достаточно громко для того, чтобы она смогла услышать.

Она остановилась и повернулась к нему.

- Хлоя Салливан была, – он повысил голос. – С тринадцати лет я помню, что она была. И мне ненавистно притворяться, будто ее не было. Не после всего.

- Кларк, – вздохнула она. – Мы поговорили прошлой ночью. И, мне кажется, мы наконец-то поставили точку. Те чувства, которые, как ты думаешь, ты испытываешь ко мне… Просто поверь. Это не навсегда.

Он осознал, что снова заводится.
- Отлично. Полагаю, тебе виднее.

Она подошла к нему.
- Кларк, сколько лет ты провел влюбленным в Лану? Разве не представлялось тебе в то время, что так будет длиться вечно? Но ты выжил и без нее. Ты нашел другую и…

- И она не любит меня. Я уже понял.

- Нет, – она отступила. – Я говорю не о себе. И тебе тоже не следует. Это же нелепо, – она смотрела на него, нахмурившись. – Прямо сейчас ты что-то чувствуешь ко мне. И в данный момент тебе может казаться, что это по-настоящему, но…

- Знаешь что? – прорычал он. – Ты не чувствуешь того же. Ты высказалась довольно ясно. И через пару минут я подпишу твои драгоценные бумаги и дам тебе уйти. Ты получишь то, что хочешь, поэтому не надо выступать передо мной с речами о…

- Я не выступала перед тобой с речами. Я всего лишь отметила…

- Ты всего лишь разговаривала со мной снисходительно.

- Господи, Кларк. Я только говорю о том, что мы будем жить дальше, и что это хорошо для нас обоих. Аллан и я…

- Ах да, Аллан. Он просто идеально тебе подходит.

Он выпрямилась.
- Верно, так оно и есть.

- И он не имеет ничего общего со мной, – с горечью произнес он. – Не так ли?

Она прищурилась.
- Не выставляй это таким образом, будто бы есть какое-то противопоставление тебя и Аллана. Но да. Он не имеет с тобой ничего общего.

- Неужели? И он совсем никого тебе не напоминает?

Она пристально посмотрела на него и вздохнула.
- Ладно. Согласна. Он кое на кого похож.

- Чертовски сильно похож, – подчеркнул Кларк.

- У него есть некое сходство с Мэттом Бомером.

- Вот именн… – он отпрянул. – Кто такой Мэтт Бомер?

- Он играет в «Белом воротничке», и я даже не смотрю этот сериал, и я не потому выхожу за него. Я не настолько поверхностна.

«Я что, похож на Мэтта Бомера?» – отстраненно подумал он.

- Я выхожу за него, потому что он добрый и заботливый, и обожает меня.

Он замер.
- А ты обожаешь его?

- Я выхожу за него, – прошипела она. – И пусть это послужит тебе первой подсказкой.

Он наблюдал за ней, пока она разглаживала спортивный свитер его матери. Она и впрямь не замечала этого. Она не осознавала, что мужчина, за которого она выходит замуж, чертовски на него похож… и на Мэтта Бомера, очевидно, кем бы тот ни был. Возможно, ему померещилось. Может, парень, ожидающий внизу, действительно выглядит как этот самый Бомер, и совсем не похож на него.
- Так, значит, ты любишь его?

- Кларк, мы с Алланом познакомились по электронной почте. Он обратился с письмом, чтобы развенчать мои теории, и это вылилось в многочисленные долгие дискуссии между нами о сверхъестественном, и… и мне пришлось с ним увидеться, – она мягко улыбнулась и пробежала пальцами по щетке для волос. – Он был таким умным и эрудированным, приводил такие аргументы. Фактически держал меня в постоянном напряжении и не давал расслабиться. И не дает до сих пор.

Он смотрел на ее улыбку, на это необычное выражение ее глаз, наполненных нежностью. Может, и не имело значения, похож ли на него этот парень. Он был умным. Достаточно умным для Хлои, так что и вправду существенно отличался от него самого.
- И ты счастлива с ним? – подавленно спросил он.

- Как ты не понимаешь? Мы все можем быть счастливы. Ты и Лоис, я и Аллан…

- Хватит! – Какого черта все пытаются свести его с Лоис? Да, они встречались. Это было забавно. Это помогло ему пережить тяжелый год, вот и все. Но она не была Хлоей. Не с ней было связано десять лет взглядов, прикосновений, тайных улыбок, не в ней он постоянно нуждался. – Интересно, почему бы тебе просто не использовать свое кольцо? – язвительно произнес он. – Почему бы тебе не вернуться назад в прошлое и не сделать так, чтобы мы никогда не узнали друг друга? Это ведь то, чего ты желаешь, верно? – он отдавал себе отчет, что, говоря так, ведет себя пассивно-агрессивно и по-детски, но если уж она собиралась разбить его сердце, то он непременно хотел, чтобы она знала, что оно разбито.

Она покачала головой.
- Это не то, чего… – Она подошла к туалетному столику и аккуратно положила щетку. – Оно не работает таким образом. Это всего лишь кольцо для перемещений в пространстве. Оно должно было унести меня прочь, как только нахлынет вода, чтобы оказалось достаточно свидетелей моей смерти. Не думаю, что Рокк позволил бы мне играть со временем, – горько усмехнулась она. – Он даже не доверял мне существовать рядом с тобой в настоящем. Я была… Я была аномалией. Мне полагалось исчезнуть.

Приблизившись к ней, Кларк сжал ее плечи.
- Нет.

- Не надо, – сказала она, стряхивая его руки и встречаясь с ним взглядом в зеркале. – Во всяком случае, кольцо пришлось очень кстати, – она улыбнулась и отошла. – Не представляешь, сколько денег я сэкономила «Таймс» на дорожных расходах. К тому же, ходить за покупками теперь проще некуда. – Ее улыбка угасла, когда она повернулась к нему. – У меня хорошая жизнь, Кларк. Довольно легкая жизнь. Быть может, это и не спасение мира, но она моя, и я хочу сохранить ее. А ты… Разве ты не хочешь чего-то более легкого, чем…

- Давай остановимся на этом, – проговорил он, отступая. – Ты получаешь то, что ты хочешь. Но не рассказывай мне о том, чего хочу я.

- Кларк…

- Нет. Я уже сказал о нас все, что собирался. – Он направился к двери. – Я передам ему, что ты сейчас спустишься, – добавил он, прежде чем закрыть ее за собой. Сойдя вниз по ступенькам и предусмотрительно обогнув коврик и дыру под ним, он застал Аллана в гостиной. Тот стоял перед каминной полкой, уставившись на фотографию. Кларк знал, на какую именно. Это были они с Хлоей в выпускном классе.

- Она спустится через несколько секунд, – сказал он, подходя к обеденному столу и пододвигая бумаги к его краю с твердым намерением их подписать и покончить со всем этим… если бы только у него была ручка. Он двинулся на кухню. Аллан последовал за ним, все еще держа фото.

- Блондинкой она выглядит очень мило. Больше как… Хлоя, я полагаю, – Кларк обернулся и увидел, что Аллан, нахмурившись, разглядывает фотографию. – Действительно странно. У нее была целая другая жизнь до того, как мы познакомились. Должен признаться, я поискал кое-что. И мне это показалось довольно диким. Истории о тайнах, безумные фантастические идеи насчет осколков метеоритов и особых способностей, – он неожиданно улыбнулся и покачал головой, – И на самом деле, она и сейчас точно такая же. Я имею в виду, выслеживать Лох-несское чудовище, верить в призраков и инопланетян…

Кларк прервал процесс копания в ящике со всяким барахлом, среди которого пытался добыть ручку.
- Думаю, она не сильно изменилась.

- Наверное, нет, – вздохнул Аллан. – Даже не знаю, о чем я так беспокоился. Все та же моя глупенькая Лиззи.

Кларк развернулся к нему, схватив ручку, затем опустил ее, чтобы не выглядеть угрожающе.
- Глупенькая?

- Ну, все эти сумасшедшие идеи. Это неплохо для беллетристики, но не для настоящего журнализма.

Он вышел из кухни, пытаясь сдержаться и не сломать ручку.
- Принимая во внимание, что пользующаяся хорошей репутацией газета платит ей за то, чтобы она писала о своих глупых идеях на страницах ее воскресных выпусков…

- О нет. Это помогает повысить тираж. Но Лиззи самой рано или поздно придется признать, что все это – чушь.

Он так и знал! Он знал, что ненавидит парня!
- Ну, я считаю…

- Извиняюсь? – Они оба, он и Аллан, подняли взгляд, в то время как Хлоя начала спускаться по лестнице. – Чушь?

- Дорогая! – Аллан двинулся навстречу, как только Хлоя достигла нижних ступенек. Кларк поймал себя на том, что тоже шагнул вперед, ринувшись к ней до того, как ее нога соскользнула бы в дыру под ковриком у основания лестницы. Он испытал бы большее удовлетворение от того, что уберег ее, не дав провалиться в пол, если бы не помог ей попасть прямиком в руки к ее несравненному жениху.

Она с предельной точностью упала в его объятия.
- Так, значит, работа всей моей жизни является чушью для тебя?

- Лишь большая ее часть. И только с научной точки зрения, любовь моя. – Он повернулся к Кларку. – Как видите, обращение ее в свою веру стало работой всей моей жизни, – проговорил он перед тем, как поцеловать ее в щеку.

Кларк сжал кулаки, пытаясь убедить себя, что тот не пытался таким образом намеренно продемонстрировать ему свое превосходство. Мужчина даже ничего и не понял, в отличие от Хлои, которая тут же отстранилась и, бросив предостерегающий взгляд на Кларка, потянула парня в сторону кухни.

- Аллан, давай я приготовлю кофе? Ты, наверное, замерз.

- Раз уж ты заговорила об этом… Знаешь, я вообще не представлял, где находится Канзас. Я думал, что он в пустыне или же…

- Аллан, разве ты не смотрел «Волшебник страны Оз»?

- Ну, поскольку я не являюсь восьмилетней девочкой…

- Не будь смешным, – хихикнула она. – Как же мы упустили такое? Первый вечер дома будет посвящен Дороти. Это классика.

- А что это на тебе?

- Что? Восьмидесятые вернулись.

- Ладно, я не против штанов в обтяжку, но этот огромный свитер…

Кларк саркастически улыбался, глядя им вслед и слушая их якобы милое подтрунивание друг над другом. Через секунду он сумел овладеть собой и, нацепив на лицо улыбку, которая могла бы сойти за искреннюю, тоже направился на кухню.
- Я принесу кофе, – сказал он, проходя мимо них.

- Спасибо, Кларк, – напряженно выговорила Хлоя.

- Итак, Аллан, – начал он, открывая кладовку. – Вам не по душе то, чем занимается Хлоя?

- Хлоя?

- Лиз, – поправила Хлоя строгим голосом. Он почувствовал, как она тыкнула его в плечо. – Я поменяла имя для профессиональных целей. Тебе стоило бы помнить, Кларк.

- Для одних лишь профессиональных? – он повернулся к ним, держа в руке жестяную банку кофе. – Потому что, похоже, за этим кроется большее, нежели…

Хлоя покачала головой, глядя на него, и одними губами произнесла: «Пожалуйста».

И будь он проклят, но он не мог ей отказать. Ну и что с того, если она многого не рассказала парню? Он полагал, она твердо намеревалась отныне вести такую жизнь, словно бы была Элизабет Джейн Кокран. И, возможно, все остальное не имело значения. К тому же, совсем не таким способом он хотел одержать победу.

А он хотел одержать победу. Он собирался сделать еще одну последнюю попытку, поскольку что, черт возьми, теперь ему было терять? Он снова улыбнулся, направившись к кофеварке.
- Нет, я понимаю. Имя Хлоя не подходит тебе, как сказал Аллан. Верно, Аллан?

Аллан усмехнулся.
- Оно на самом деле звучит непрофессионально. Твои родители были хиппи, дорогая?

Она натянуто улыбнулась и, выдвинув стул, толкнула к нему Аллана.
- Садись, милый. – Она повернулась к Кларку. – Каким бы хорошим ни было имя Хлоя, я остановила свой выбор на другом, приняв решение писать под таким историческим именем, как Э. Дж. Кокран. Вот, собственно, и все, – она пристально посмотрела на Кларка поверх головы Аллана.

- А в скором времени оно будет Элизабет Пенри-Марш. Да, любимая?

Она бросила взгляд на Аллана.
- На это мы не договаривались.

- Ну, я просто подумал…

- Интересно, – заметил Кларк, отворачиваясь от них и выскребая из фильтра кофейную гущу. – Значит, ее сфера деятельности – не единственное, относительно чего вы расходитесь во мнениях?

- Да нет, я ничего не имею против журналистики. Претензии лишь к историям про монстров.

- Интересно, – повторил Кларк.

- Да. Это интересно, – подчеркнутым тоном произнесла Хлоя у него за спиной. – Это делает жизнь интереснее.

- Сдается мне, мы не перестанем спорить об этом до самой старости, – сказал Аллан с любовью.

Кларк поник, гадая, а вдруг так и будет и они будут счастливы? Может, этот придурок действительно был тем, что ей нужно.

А потом парень снова заговорил…

- Это точно так же, как с Суперменом. Я пытался заставить ее увидеть за этим обман и дымовую завесу на протяжении года.

- Аллан…

Кларк загнал фильтр в кофеварку с немного большей силой, чем намеревался.
- И что же по поводу Супермена?

- Ну, все это – дешевые фокусы, не так ли? Ему удалось убедить большую часть земного шара, что он умеет летать, стрелять лазерными лучами из глаз и гнуть сталь. Но это невозможно. Зато очень даже возможно сфальсифицировать.

Кларк сжал край столешницы.

- Аллан, не…

- У меня есть теория, что он – некий богатый малый, который платит американским СМИ, чтобы создать видимость, будто бы…

- И у кого же теперь возникают безумные теории? Слушай, Кларк, давай я закончу с кофе? Я помню, что где лежит. – Он почувствовал ее руки на своих плечах и услышал легчайший шепот. – Кларк, да он даже понятия не имеет, что к чему. – Неожиданно ее голос зазвучал громче. – Знаешь что, Аллан? Возможно, однажды Супермен перелетит прямо через тебя, и ты будешь вынужден взять свои слова обратно. – Она снова понизила голос. – Как насчет этого, Кларк? Разве это не подняло бы тебе настроение?

Нет. Не подняло бы. Но он все-таки отступил от столешницы. Тут дело было не столько в том, что этот идиот невольно оскорблял его. Главное, что Хлоя хотела навсегда связать свою жизнь с этим идиотом. Впрочем, она без колебаний вышла за Генри Джеймса Олсена. Если она действительно этого хотела, то не в его силах было это изменить. Он не станет делать попыток одержать победу.

Он попятился к двери.
- Ладно, нам всего лишь нужно подписать эти бумаги. – Все это может закончиться. Они могут исчезнуть. В следующие десять минут он сможет радостно летать над Скалистыми горами.

- Подождите, подождите… – Аллан встал со стула. – Прежде чем мы перейдем к формальностям, я хотел бы… Я хотел бы официально пригласить вас на свадьбу, Кларк.

Хлоя побледнела, ее взгляд метнулся к Кларку.
- Аллан, я не думаю…

- На настоящую, я имею в виду. Мы отдадим предпочтение скромной церемонии, когда вернемся. Никаких грандиозных торжеств. Похоже, Лиз была права в этом с самого начала. И, уверен, она была бы очень рада, если бы вы присутствовали. Лиз говорила мне, что вы были для нее как брат.

- Не сомневаюсь, что говорила, – он встретился с глазами Хлои, и она отвела их, сосредоточившись на кофеварке, будто бы это был ядерный реактор. Готов поспорить, она повторяла эти слова множество раз, до тех пор, пока, должно быть, даже сама не поверила, что это правда. Он с усилием перевел взгляд на Аллана. – Знаете, я сейчас довольно сильно загружен. И как бы мне ни хотелось присутствовать ради… Лиз, я просто не могу. Но пришлите мне фотографии. – И я сожгу их при помощи своих дешевых фокусов. И, возможно, помочусь на них, чтобы затушить огонь. – Пойду, принесу бумаги.

Пройдя мимо стола с документами, он направился к лестнице и, опустившись на колени, отодвинул коврик. Он намеревался отделаться и от ее дурацкой сумочки, и от ее драгоценных бумаг, и от ее идеального жениха, и от нее самой в течение ближайших нескольких минут. Существовали пределы тому, что он был в состоянии вынести. Лучше бы он вообще никогда не находил ее. Если все так закончилось, то какой в этом был смысл?

Я не могу любить тебя. Вот что она сказала ему. Но если она могла любить этого придурка, то он рад будет избавиться от… Засунув руку в дыру, он вытащил сумочку из отверстия, и ее содержимое высыпалось наружу. Бумажник, отскочив на фут, приземлился, и два выпавших из него блестящих предмета с металлическим стуком ударились о деревянный пол. Два кольца.

Он поднял первое, отметив характерную символику, чувствуя его тяжесть в ладони. Он знал, что это – от Рокка. Но другое…

Он взял его, обратив внимание на зеленоватый оттенок потускневшего и в высшей степени фальшивого золота. Это кольцо было также хорошо знакомо ему. У него было точно такое же в тумбочке возле кровати. И существовала лишь одна причина, чтобы хранить его у себя.

Я не могу любить тебя.

- Она не может любить меня, – выдохнул он, глядя на кольцо и обретая в нем что-то наподобие надежды. Как и в ее словах. – Не может, – прошептал он. – Она сказала, что не может. Она не сказала, что не любит.


 
puppy-eyeДата: Пятница, 07.07.2017, 12:11 | Сообщение # 73
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
тараканы пошли в атаку? tongue
 
AnaskoДата: Пятница, 07.07.2017, 12:24 | Сообщение # 74
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 576
Репутация: 6
Статус: Offline
ГЛАВА 17

Он слышал их приглушенные голоса из кухни, слышал тихие смешки, даже нечто, напоминающее поцелуй. Секунд десять назад это могло бы привести его в бешенство. Но только не теперь. Потому что он планировал победить. Конечно, пока еще тут не было явной победы. От него требовалось несколько успешных попаданий в цель, прежде чем дело будет доведено до конца. Но сейчас он был готов. Он обладал тремя преимуществами.

Во-первых, она любила его. Связав воедино кольцо и хитроумные способы Хлои уклоняться от правды и, вместе с тем, зная ее на протяжении более десяти лет, он был уверен в этом.

Во-вторых, она не любила Аллана. С его стороны глупо было думать, что она действительно могла бы его любить. Парень был приятным и симпатичным идиотом и, вероятно, казался для Хлои неким безопасным и беспроигрышным вариантом. Но она не любила его, иначе не стала бы и в этом вопросе тоже прибегать к очередному своему ловкому уходу в сторону: «Я выхожу за него. И пусть это послужит тебе первой подсказкой».

И, в-третьих, он плевать хотел на судьбу. Он станет самым лучшим чертовым героем, каким только возможно стать, постарается помочь максимальному числу людей всем тем, чем только сумеет, и пусть он будет именно таким, как заявлял Рокк. Но он не позволит неким неведомым силам и идеям об его будущем диктовать ему его жизнь. Он проживет ее по-своему. Он победит.

Он поднялся и пошел на кухню, но остановился перед дверью.

- Я не очень люблю кофе, ты знаешь. – Это был Аллан. Он почти сочувствовал парню. – Как ты думаешь, у него может быть чай?

- Поверь, нам повезло, что оказался в наличии хотя бы какой-то напиток.

- Ну и ладно. Мы все равно скоро уедем.

Он с рычанием убрал кольца в карман. Один из них точно уедет.

- Не налегай так, Лиз. Ты ведь в курсе, что становишься после этого раздражительной.

- Я только стараюсь быть вежливой. Тебе же известно, я тоже не люблю кофе.

О да, победа точно будет за ним. Потому что, если все было ложью…

Он шагнул вперед и почти небрежно прислонился к дверному косяку.

- Кларк? Ты подписал бумаги? – Она взглянула на него и, немного отодвинувшись от Аллана, резко поставила кофейную чашку. Еще одна выдающая ее мелкая деталь. Она нервничала. И он не винил ее. Определенно, он был близок к победе.

- Знаешь, у меня что-то не получилось с ними разобраться, – проговорил он, улыбаясь. Вероятно, этим он и сам в свою очередь выдавал себя с головой, но он просто не смог сдержаться.

Она прищурилась.
- Вряд ли это настолько уж сложно. Я отметила, где подписывать, и…

- У меня всего лишь несколько вопросов. Может, пойдем, прояснишь мне кое-какие моменты?

- По-моему, мы и так внесли предельную ясность. Мы… обсудили все, – закончила она, многозначительно глядя на него.

- Не все. Разве ты не желаешь удостовериться, что этот брак действительно будет расторгнут?

- Будет, не сомневайся, – напряженно произнесла она.

- Ну, если у вас есть вопросы… – сдержанно рассмеялся Аллан. – Я имею опыт по части скучной бумажной работы. Вы знаете, мой дядя – юрист, и во время летних каникул я работал…

- Думаю, Хлоя прекрасно сумеет мне объяснить, – перебил его Кларк. – К тому же, я нашел твое кольцо и хочу позаботиться, чтобы с ним ничего не случилось.

Аллан с озадаченным видом смотрел то на него, то на Хлою. Он был бы еще более растерян, если бы Кларк довел до конца то, что планировал, прямо здесь.
- Хм… Ее кольцо по-прежнему у нее на пальце.

Хлоя коснулась его руки.
- Он говорит о кольце моей бабушки. – Она быстро встала. – Очень старом и с изысканным орнаментом. Я потеряла его тут несколько лет назад. И я так рада, что Кларк нашел его. Сейчас вернусь.

Она вышла вслед за Кларком в столовую.
- Вот, значит, в чем причина, – прошипела она. – Кольцо?

- Одно из них. – Кларк направился к входной двери и, открыв ее, кивнул ей, но она не шелохнулась. – Как? Неужели ты хочешь, чтобы он услышал наш разговор о твоем волшебном кольце?

Она вздохнула и двинулась мимо него.
- Знаешь, если бы существовала какая-то проблема с тем, что у меня осталось кольцо, то Рокк давно уже вернулся бы за ним. Но, поскольку я не использую его для ограбления банков, я полагаю…

- Я о другом твоем кольце, – сказал он, закрыв дверь.

Она замерла, а затем медленно повернулась к нему.
- Не думаю, что это имеет какое-либо отношение к чему бы то ни было.

- А я думаю, что это имеет прямое отношение ко всему, – не сдавался он. – Зачем бы тебе хранить его? По какой причине?

- Чтобы… это служило мне напоминанием не… принимать опрометчивых решений, и…

- Или потому, что ты любишь меня.

- Не смеши, – она устремилась обратно к двери.

Он схватил ее за руку.
- У меня до сих пор осталось мое, – проговорил он, его губы почти касались ее волос. – Я стоял на вершинах гор, над реками, готовый зашвырнуть его так далеко, как только смогу, но никогда не находил в себе сил сделать этого. И знаешь, почему?

- Полагаю, из-за твоей дурацкой навязчивой идеи найти меня, – ответила она дрожащим голосом.

- Потому что я не хотел забывать ту ночь. Там многое случилось не так. И твои мотивы, и то, как все произошло, но… кое-что той ночью было настолько правильным, что остальное не имело значения, – он потянул ее на себя, разворачивая к себе лицом. – Ты и я, Хлоя.

- Нет, – сдавленно прошептала она, избегая его взгляда. – Ты и я – это неправильно. У меня наконец появилось что-то правильное. Пожалуйста, не…

- Знаешь, Хлоя, если бы я действительно верил этому, я отпустил бы тебя. Но нет. То, что у тебя появилось, не является правильным. Ты заново повторяешь историю с Джимми.

Теперь уже она посмотрела ему прямо в глаза.
- Это не так. Тут нет ни малейшего сходства, поскольку я не веду никакой тайной жизни, и Аллан никогда не окажется в опасности.

- Я не об опасности. Я о том, что он не подходит тебе.

- Он идеально мне подходит.

- Ты говорила теми же словами и о Джимми. Но прошлой ночью ты все-таки признала, что это было…

- Это на самом деле было неправильно. Сейчас все по-другому.

- И в чем же отличие? Ты также не любишь его.

- Я выхожу за него, и из этого следует, что…

- Это не одно и то же, – прервал он. – И знаешь что? Ты так и не сказала, что любишь этого парня, обожаешь его или что хотя бы счастлива с ним. Ты проделала то, что ты обычно делаешь. Ты уклонилась от правды. – Он ослабил захват. – Я мог бы и не заметить, если бы ты не провернула такое и в отношении меня.

- Не говори ерунды. Я выйду за Аллана, как только…

- Тогда скажи, что любишь его. Посмотри мне в глаза и скажи.

Она стряхнула его руку и зашагала вниз по ступеням крыльца.
- Это не твое дело.

Он вслед за ней обогнул фасад дома.
- И, значит, мне полагается помалкивать?

- Ты не имеешь права совать свой нос в мою личную жизнь.

- Даже если ты выходишь за парня, который чертовски похож на меня? – он не хотел пускать это в ход, но… чего уж там.

Она замерла прямо напротив кухни.
- Что?

- Так оно и есть. Он похож на меня.

- Нет. Он не похож на тебя. Это просто… Он похож на… – ее глаза расширились, когда она заглянула в кухонное окно. Аллан сделал глоток кофе, поморщился, затем стянул с себя запотевшие очки и, нахмурившись, посмотрел на стекла. – Он похож… О господи! – она быстрым шагом направилась прочь от кухни.

Он последовал за ней.
- Вот именно, – с определенной долей удовлетворения отметил он. – Ты пересекла океан и закончила тем, что обручилась с мужчиной, который похож на меня. Любой парень на моем месте решил бы, что ты одержима им.

- Что? Нет. Нет, нет, нет. – Остановившись перед амбаром, она резко развернулась к нему. – Это лишь свидетельствует о том, что… быть может… меня привлекает определенный физический тип. И скорее всего, это не имеет никакого отношения к тебе.

- Если не считать того, что ты любишь меня.

- Прекрати говорить это!

- Тогда начни говорить, что не любишь.

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
- Давай рассмотрим ситуацию объективно, – с расстановкой произнесла она. – Ты был моей подростковой влюбленностью. И да, мне потребовалось время, чтобы справиться с этим. А принимая во внимание, что ты – тот самый, кого люди называют Суперменом, вполне ожидаемо даже сейчас проявление неких остаточных чувств…

- Хватит ходить вокруг да около, Хлоя. Или ты любишь меня, или же нет.

- Это не настолько просто, как…

- Нет, это просто, Хлоя, так что скажи уж!

- Прекрасно! Я люблю тебя! – она протиснулась мимо него и вошла в амбар. – Я люблю тебя с тринадцати лет и, возможно, всегда буду любить. Но это – не причина для того, чтобы быть вместе.

Удивленно моргнув, он вошел в амбар вслед за ней. Он не ожидал, что она так скоро скажет это. Он заготовил целый батальон контраргументов, но… она сказала. Он быстро переместился, встав перед ней.
- Очень даже веская причина, – не согласился он. Это казалось как раз вполне… логичным.

- Нет. Мы не подходим друг другу, – она устремилась от него прочь, но он остановил ее, положив ладонь ей на плечо.

- Ты же так не думаешь. Ты любишь меня.

- И что с того? Неужели это приводит все в норму? Мы не подходим друг другу, Кларк, – она схватила его за руки. – Мы делаем ужасные вещи друг ради друга. Ты сам признал.

- Я никогда не…

- Как насчет тебя и тех башен? – она встряхнула его… точнее, попыталась. – Или меня и Себастьяна Кейна? Разве мы не совершили нечто ужасное?

- Да, но…

- Ты без спроса забрал мои воспоминания. Я обманом вынудила тебя жениться на себе. Мы поступаем плохо даже по отношению друг к другу.

- Да. Но этого не должно было случиться, Хлоя, – он поднес руки к ее лицу. – Если бы мы поговорили, если бы мы были честны друг с другом…

- Нет. Это случилось, и мы не можем делать вид…

- Это случилось из-за того, что мы были порознь. Поэтому нам нельзя так больше. Нам нельзя быть в жизнях друг друга только наполовину. Верно?

Ее глаза наполнились слезами.
- Мы столько всего натворили…

- Когда перестали доверять друг другу. Когда начали утаивать правду друг от друга. У нас были годы, на протяжении которых мы делились всем, и это было… Это было потрясающе, Хлоя, – он провел ладонями по ее щекам, ставшим мокрыми от слез. – Между нами все было просто потрясающе. И мы могли бы вернуть это, стать друг для друга тем же, чем раньше... и даже большим.

Она сделала попытку оттолкнуть его, но в результате накрыла его руки своими.
- Для нас нет никакого большего. И никогда не сможет быть. У тебя не получится противиться своей судьбе, и Рокк сказал мне…

- А знаешь, что Рокк сказал мне? Что все изменилось, когда я спас тебя, и я думал об этом, Хлоя. Возможно, если все сложилось бы иначе, то мне было бы предначертано какое-то другое будущее. И, может, если тебя бы не было, я справился бы с тем, чтобы жить без тебя. Но ты здесь. И я здесь. И я хочу…

- Речь идет не о том, чего хотим мы. Существует нечто более важное, чем…

- Да. Рокк знал будущее, но будущее изменилось. Это его слова. И, вероятно, им двигало не более чем стремление вернуть все к привычному для него ходу вещей, но… Хлоя, мне плевать, как якобы полагается выглядеть будущему по мнению кого-то там еще. Я знаю лишь то, что пережил я сам. До настоящего момента ты была частью моей жизни, и я не хочу видеть ее остаток без тебя.

- Пожалуйста, не…

- Я люблю тебя, – он склонил свою голову к ее.

- Я знаю, – из ее глаз полились слезы, когда она оттолкнула его теперь уже по-настоящему. – Я допускаю, что прямо сейчас ты действительно убежден в этом. Но так не будет всегда.

- Прекрати говорить мне, что я буду или не буду чувствовать, – запротестовал он, стремясь снова привлечь ее к себе, но она отступила. Он поднял руки. – Ладно. Я не собираюсь давить на тебя. Но не надо прикрываться судьбой и Рокком, и тем, что, как ты думаешь, я чувствую. Просто скажи, что не веришь в нас.

- Да, я не верю, – она глубоко вдохнула и яростным жестом вытерла глаза. – Я не хочу больше спорить, Кларк. Я не хочу больше злиться. Ты нашел меня. И я даже… рада этому. Я рада, что еще раз смогла увидеть тебя. Возможно, нам на самом деле это было нужно. Возможно, ты был прав, удерживая меня тут, и мы должны были сказать все то, что сказали, и избавиться от этого. Но здесь все и заканчивается. Я сделала свой выбор.

Он попятился, едва не споткнувшись. Несмотря на то, что он твердо решил не давить на нее, он никогда бы не подумал, что она и впрямь выберет…
- Значит, ты выбрала жить во лжи.

- Я выбрала ту жизнь, которую я могу иметь, – хрипло сказала она, – с тем мужчиной, который у меня может быть. И я понимаю, ты думаешь, что все это – ложь. Но в большинстве своем это – правда. У меня такая работа, о которой я всегда мечтала. Меня любит славный симпатичный надежный парень. Таковы факты, и у многих нет и этого, – она крепко зажмурила глаза и в последний раз провела по ним ладонями, прежде чем снова глубоко вдохнуть. – Не такой уж и плохой выбор, Кларк. – Она резко развернулась. – Так что дай мне возможность сделать его!

Он смотрел, как она уходит, не способный припомнить ни одного аргумента из того предполагаемого батальона, который он заготовил, поскольку… какой в этом был толк? Она сама выбрала то, что выбрала. И не от него зависело, давать или не давать ей такую возможность. После десяти с лишним лет она не доверяла ему. Если она склонна перестраховываться и вместо того, чтобы шагнуть с ним в неизведанное, предпочитает осторожную благоразумную жизнь со своим беспроигрышным парнем, то… Какой смысл?

Обгоняя ее, он ринулся внутрь дома, подписал там, где было отмечено, шлепнул оба кольца на стол и, бросив на нее лишь быстрый взгляд, когда она с изумленным видом открывала дверь, устремился на суперскорости вверх по лестнице, оставив после себя взмывшие в воздух бумаги.

Он надел костюм и покинул свою спальню через окно, полагая, что они смогут уйти и сами, и незачем прощаться. Вероятно, лишь этим и являлись две последние ночи. Просто весьма запоздалым прощанием.

Был четверг, восемь часов утра, и он парил над зданием Луторкорп Медиа. Здесь мало чего происходило, что казалось почти досадным. Он испытывал необходимость занять себя хоть чем-нибудь. Не то чтобы он желал городу роста преступности… так уж сильно. Но сейчас его жизнь представлялась ему простирающимся перед ним нескончаемым потоком дней. После того, как он отыскал Хлою и сразу же потерял ее опять, у него больше не было хобби.

Наверное, ему не оставалось ничего другого, кроме как двигаться дальше. Возможно, стоило взять пример с Хлои и тоже найти некий безопасный беспроигрышный вариант. Рокк, похоже, считал, что все схвачено. Возможно, следовало зайти к Лоис Лейн, если, конечно, она когда-либо снова станет с ним разговаривать. С ней он какое-то время чувствовал себя более-менее счастливым, и, может, в этом что-то и было. Исходя из того, что он знал о будущем, ставка на Лоис выглядела проверенной и гарантированной.

Он увидел и саму девушку, появившуюся как по заказу. Она остановилась перед кофейней на колесах, усиленно жестикулируя, поскольку, как он догадывался, хотела быть уверенной, что кофе получится именно таким, как надо. Он улыбнулся, подумав о Хлое, о них обеих, о том, как они бывают похожи, когда чем-то увлечены. Он подозревал, что именно это прежде всего и привлекало его в Лоис. Те качества, которые на протяжении многих лет ассоциировались с Хлоей – вот они, прямо перед ним, как на ладони, – но только у женщины, которая не оттолкнула его.

Он нахмурился при мысли о Хлое и об этом парне, лицо которого до боли напоминало его собственное.

Нет. Он не поступит так с Лоис. Не исключено, что некогда он мог бы – в том самом времени, в которое Рокк так отчаянно пытался всех их вернуть и в котором Хлоя действительно умерла. Но теперь он понимал, что к чему. Очевидно, понимал лучше Хлои, поскольку она упорно продолжала жить своей сфабрикованной жизнью, не считаясь с тем, что от этого кто-то пострадает.

Хотя, возможно, никто и не пострадает, и у нее с этим мужчиной будут дети и внуки, и она проживет жизнь легко и беззаботно, как если бы Кларк Кент никогда не попадался на ее пути. И, может, придет день, когда и он тоже сумеет двинуться вперед по жизни, словно бы у него никогда не было лучшего друга, союзника и… черт возьми, самой лучшей на свете жены.

Но, к сожалению, это произойдет явно не сегодня.


 
puppy-eyeДата: Пятница, 07.07.2017, 12:44 | Сообщение # 75
Знает всю Клою наизусть
Группа: Наши люди!
Сообщений: 652
Репутация: 5
Статус: Offline
Типа скоро конец?
 
Форум » Клоя » Фанфикшн » Как мы к этому пришли (перевод, отредактирован и закончен!) (Кларк/Хлоя, NC-17)
Страница 5 из 6«123456»
Поиск:


Copyright MyCorp © 2017 |